Пахлава не пошла, сладости, чую, пойдут примерно так же плохо, виноград скоро закончится, как и груши; яблоки в Москве свои, на орехах много не заработаешь. Чем заменить товар?

И тут пришла очевидная идея: хурма! Ее тут, как грязи, она никому не интересна, а там будет на вес золота! И гранат можно у армянки заказывать! И мандарины! Так до Нового года продержимся, накопим денег, чтобы заняться чем-то посерьезнее.

Как раз начнется зарплатный коллапс, и человек с деньгами будет практически всемогущим. Спасибо, Виталя, что рассказал про бартер! Но для этого нам понадобится грузовик.

Надо будет спросить у Канальи, есть ли у него права категории С. Должны быть, с его-то профессией.

Когда я наконец заснул, оказался перед экраном в белой комнате и уже знал, что будет дальше. Вот только какой город попал под прицел в этот раз и главное — почему? Почему меняются цели, и я не задумывался об этом раньше? Я так сильно влияю на реальность? Я — подросток, действия которого напоминают барахтанье в пруду головастика, который только-только начал отращивать лапки?"

"Этот город я не узнал. Невысокие холмы, ступени, просторные улицы, аллея фонтанов, куда лезут дети, отгоняемые родителями.

Лето, жара. Бездомные собаки вывалили языки в тени, птицы попрятались.

Красивый город с невысокой застройкой, где современные здания соседствуют со старинными.

А дальше все, как всегда: инверсионный след, помехи по экрану, и клавиатура не работает.

Теперь дата грядущей войны сместилась на первое августа две тысячи двадцать седьмого года.

Открыв глаза и уняв колотящееся сердце, я перевел взгляд на предрассветную серость, просачивающуюся в комнату, посмотрел на спящего брата, положившего ладонь под щеку.

Мерный шелест намекал, что начался дождь, ставя жирную и влажную точку на беззаботных теплых деньках. Подтверждая мои мысли, громыхнуло, сверкнула молния-вспышка.

Все непременно будет хорошо. По крайней мере до первого августа двадцать седьмого года. А дальше я постараюсь сдвинуть эту дату так, чтобы мы не дожили до катастрофы. И наши дети не дожили. За четыре месяца я передвинул катастрофу на год. Выходит, за всю мою жизнь получится примерно на девяносто лет?

Как же хотелось, чтобы угроза вообще перестала над нами нависать! Поворочавшись немного, я все-таки снова уснул, но как будто бы сразу же задребезжал будильник.

Вставай! Новый день, новые цели и свершения!

Глава 2

Новая жертва

— Ну что, начинаем? — спросила Джусиха, расхаживающая вдоль доски туда-сюда. — Семь человек отвечает устно, остальные после урока сдают тетради со своими стихами. Творческое задания оценивается следующим образом: первая оценка — за грамотность, вторая — за творческий подход.

Людмила Кировна остановилась возле учительского стола, глянула в журнал.