Еле взгляд отодрал и вверх поднял. А он на меня смотрит. Нее, не смотрит, пожирает глазами. Просто вечер открытий, уразумел я, что глазами, и вправду, можно пожирать.

- Твоя очередь, ненаглядный мой…

- Угу… – выдавил я. А сам лежу, подняться не могу, ручонки трясутся, никак за пуговицу на штанах не схвачусь.

- Помочь, хороший мой?

- Аха… – выдохнул я.

Он на кровать на колени встал, руками – по груди, по животу, вниз, так шустро у него получается, раз – и я без штанов, носки с меня стянул. Сидит. Смотрит.

- Что? – не выдержал я.

- Любуюсь."

"Любуется? Мной? Я не удержался, рассмеялся. Мой любимый шеф тоже засмеялся, на кровати растянулся рядом на боку. Я в руку его вцепился, к щеке прижал, вдохнул. Как же он пахнет! У меня новый фетиш. Поцеловал в раскрытую ладонь, лизнул между пальчиками… Он руку на шею положил, на вторую оперся, надо мной нависает. Наклонился близко-близко к лицу. Я не удержался, сам потянулся за поцелуем, руками за плечи к себе тяну, еще ближе хочу, еще крепче обнять, прижаться, вплавиться… целуемся, как сумасшедшие, оторваться не можем, аж круги перед глазами плывут, а всё отпустить не могу, ни на секундочку… Руки, какие у него руки!!! Мама моя… он меня везде гладит, плечи, живот, бедра… когда до члена дотронулся, меня аж перетряхнуло… А он целует везде… я не могу, так горячо! Как хорошо! Он все ниже спускается, живот вылизывает, ещё ниже… неужели… мамочки, как хорошо! Смотрю вниз, поверить не могу, а он устроился у меня между ног, член мой облизывает, а морда довооольная, как у кота, что до хозяйской сметаны дорвался. Сосет и мне в глаза смотрит… а я не могу больше, меня трясет, как припадошного, руками ему в плечи вцепился, уже на грани… ещё чуть-чуть… ещё…

А этот гад мой член изо рта выпустил, у основания пережал.

- Не так быстро, хороший мой…

- Уууу, гад! – от такого коварства у меня аж слезы из глаз. Он засмеялся и стал лицо целовать, глаза, щеки вылизывать. Я не выдержал, ногами к себе крепче прижимаю, чувствую, как его хозявство в мой живот упирается. Боже, он что ж, в самом деле, железный? Руками за спину цепляюсь, плевать, что царапаю уже. Никита меня целует и внизу гладит, попку мнет, пальцами между половинками щекочет. Чееерт, не знал, что у меня такая задница чувствительная. Он вдруг отстранился, я не успел возмутиться, как он меня чуть ли не пополам согнул, только пятки мои у лица и сверкнули, и стал ТАМ целовать, вылизывать…

- Еейейейиии! – я вцепился в одеяло изо всех сил, хотелось в волосы, но боюсь, все волосенки ему повыдергиваю…

- Что такое, хороший мой?

А я уже дышу через раз, дыхалки не хватает… Представляю, как выгляжу сейчас: морда лица красная, глаза квадратные.

- Всё хорошо? Так я продолжу?

И продолжил. Так продолжил! У меня аж искры из глаз, наверное, посыпались.