- Да? Хорошо… – нехитрый завтрак и крепкий кофе понемногу приводили мои мозги в порядок, я начинал осознавать, что в этот раз учудил что-то из ряда вон, никак не вспоминалось, что вчера творил, как и почему здесь оказался. Стыдобища-то какая!

- Давай, расскажи мне, как нынче молодежь юбилеи отмечает, вот у меня тридцатник не за горами, мне ж тренироваться надо, а то за старого пенька сойду.

А меня вдруг как прострелило: до меня дошло, что я пьянющий оказался у Никиты. И, судя по его крайне «радушному» настроению, вёл себя просто отвратительно, показал, так сказать, все грани своего таланта.

- Я не всё помню… - я говорил все тише и тише. Я не знал, куда себя деть, и хотел поскорее хоть куда-нибудь сныкаться. Мысль о том, что этот великолепный человек, мой кумир видел меня в таком никаком состоянии, меня просто убивала.

- Что помнишь, расскажи. А я потом добавлю, что я помню!

Да уж, добавит… догонит и ещё добавит… Эээх. Была не была.

- Нууу, мы собрались, там… с универа друзья, с работы, соседи мои… Хорошо сидели… Поздравляли меня… танцевали, да… потом в другой клуб пошли, вроде… Там танцевали, вроде, еще пили… потом, вроде, подрались с кем-то, не помню…

- Эх, ты, горе-именинник. Когда ты меня своим звонком в три ночи осчастливил, я не знал, куда бежать и что делать. Я пытаюсь тебя набрать, чтоб хотя бы узнать, куда ехать, а ты трубку не берешь. Твое счастье, что мне минут через десять охранник перезвонил с твоей трубы. Солнце мое, когда я приехал, меня ждало просто незабываемое зрелище… - Никита вдруг засмеялся. - Ты просто великолепен у шеста!

Он же шутит, да? Какой, нахер, шест?

- К-какой шест?"

"- Оу, как какой, не помнишь? – ехидненько так поинтересовался он. – Весь зал пережил твою эпическую битву со стриптизером за орудие труда, в итоге которой победила дружба. К моему приходу вы там на пару выплясывали.

Быть того не могёт!!! Ой-ёёоооо!

Я от горя стал долбиться головой о стол.

- Так, не порть мебель. Не переживай ты так, штаны на тебе я застал. Кстати, мне визиточку передали, велели тебе вручить, работу тебе готовы хоть сейчас предложить.

- Какую работу?.. – мне уже страшно…

- Как какую? Павел Игоревич, хозяин того дивного заведения, просто в восторге от тебя и от того, насколько органично ты смотришься на сцене. У тебя просто талант, говорит. Так что ты подумай, предложение-то дельное.

Он же шутит? Или нет? Вон, серьёзный какой…

Ой-ёй-ёй-ёй! Бля-бля-бля! Всё, мамой клянусь, больше так не бухаю. Ведём трезвый и здоровый образ жизни.

- Это всё? – решился уточнить я. Очень надеялся, что «да». Оказалось, что очень даже «нет».

- Ты шутишь? Какое «всё»!!! Да я вконец заебся тебя со сцены стаскивать! Не знал в тебе такой жажды фиглярства. Только отвернусь – ты снова там. За руку тебя держу – ты вопить начинаешь, мол, пустите гения.