За покинутыми домами зимой присматривают остающиеся, за отдельную плату, конечно же. Вообще, поселок вполне респектабельный.

Вдохнув чистый воздух полной грудью, я вновь вспомнил, что жизнь прекрасна! Я молод, весел и чертовски привлекателен! На этой позитивной ноте я потопал к дому с твердым намерением как следует оттянуться и повеселиться!

Весь день запомнился мне чередой танцев, смеха, разных забавных игр, сначала вполне невинных, типа спеть или станцевать, рассказать анекдот или изобразить кого-нибудь, но по мере того, как опускалось солнце и поднимался алкогольный градус у народа, все более откровенных, но не преступающих грань. Непрерывные танцы, тосты, и откровенный флирт. Кто-то уже целовался в бассейне – и это в начале мая, отчаянные люди.

Дара с парнями я потерял уже после пяти, но не переживал, большие мальчики, сами разберутся, где пледик расстелить.

Никита с Ником отрывались наравне со всеми, смеялись, веселили народ и танцевали. Ник оказался вполне компанейским парнем, веселым и шебутным. Он вместе с Оленькой из бухгалтерии исполнили такое танго – закачаешься! Народ был в полном восторге, особенно от заслуженных поцелуев в конце, Оленьки – от своего мужа, Ника – от Никиты. Я все больше убеждался, Николай – не Ахиллес, а Эрос, нет, Дионис, бог вина и праздника. С чего он тогда показался мне таким строгим и воинственным – не знаю. Может, день у него был трудный.

Я был в нирване. Мне было легко и классно. Я танцевал с Катенькой, солнышком из кадров, с которой познакомился ещё в первый свой день здесь, и был намерен продолжить вечер, уединившись с ней в каком-нибудь укромном местечке, уверен, в этом огромном доме их в достатке, тем более, она была очень даже за.

Когда мы с Катенькой вновь явили себя народу, оказалось, что наши ряды крайне поредели. Один автобус с самыми нестойкими отчалил уже домой.

На качелях в саду вовсю целовались Лера со Артемом. Мне стало немного завидно, и я вновь решил поприставать к Катеньке. Она хмыкнула мне в губы, но прижалась поплотнее. Но стоять уже было лень, хотелось присесть, а еще лучше – опять прилечь. Я уже жалел, что мы не остались в той дивной комнатке.

В беседке Таш неспешно тянул кальян, запустив руку в шевелюру Алекса, целующегося с Даром. Потом Алекс сменил Дара на кальян, его место занял Таш. Руку озорник Таш от Алекса не убрал, только убрал с головы и засунул в… хм… ндаа. Подглядывать нехорошо. Интересно, а рубашку Дар где потерял? И штаны не его.

Не решившись им мешать, мы пошли на смех и музыку, раздававшиеся от бассейна."

"Там вечеринка была в полном разгаре. Вечерний ветерок донес запах готовившегося шашлыка, и я понял, что безумно проголодался. Все же, мы с Катей много силенок потратили.