— Просьба есть к тем, кто артефактом занимается.

— Говори, я передам, — сказал Разумовский и достал телефон.

— Уже пятеро доноров умерли, — сказал Скуратов. — Среди них Горчаков и Козловский. Если так пойдёт дальше, то может возникнуть слишком много вопросов.

— Дорогой мой, — усмехнулся Виталий Кириллович. — Совсем скоро волна перемен снесёт императорскую семью. Ты думаешь, кому-то будет дело до нескольких магов?

— И всё же, — настаивал на своём Скуратов. — Раньше же накачивали нормально, и никто не умирал.

— Да им срочно потребовалось много энергии, — проговорил бывший начальник собственной безопасности, попробовал встать, но пошатнулся и рухнул обратно. — Но, насколько я знаю, артефакт уже заряжен, так что больше никто не умрёт. Так, где моя таблетка от опьянения?"

"— Давай, я тебя почищу, — предложил Скуратов.

Разумовский внимательно посмотрел ему в глаза.

— Знаешь, — проговорил он, — никого другого я бы к своей голове не подпустил.

Выйдя через десять минут из кабинета Разумовского, Скуратов крепко задумался. Не сходилось что-то в его мозгу. Да, его отец служил под руководством Виталия Кирилловича и погиб на посту. Да, они были друзьями. Но будет ли друг отца продвигать его сына в консорт-императоры? Вряд ли.

«Вот я бы сам стал продвигать? Даже, если бы своих детей не было? Не уверен».

А задумался он об этом, когда выводил алкоголь из клеток мозга Разумовского. Его отец был ружемантом, мать — травницей. Не бывает у таких родителей детей-менталистов, правда?

Виталий Кириллович всегда говорил, что им двигает чувство вины перед отцом Скуратова. В это как раз верилось. Вопрос только в том, что это за вина?

Он подошёл к металлической двери и выдохнул. За ней его ждала будущая императрица Российской империи и его будущая супруга, а ныне обычная девушка-бастард со способностями — Валентина Грымова.

* * *

— Мы ведём свой репортаж прямо от небоскрёба, принадлежащего министру транспорта Игорю Державину, — говорит репортёр в камеру.

Его лицо в прямом эфире разносится по миллионам экранов во всей империи и за её пределами.

— Ещё вчера вся Россия восхищалась доблестью и героизмом Игоря Державина, повернувшего тайфун на подходе к Сахалину. А также храбростью и самоотверженностью его внука Никиты Державина, который выносил на себе простых людей из пожара в рок-клубе.

Репортёрша откровенно мёрзла. Съёмочная группа приехала слишком рано, чтобы не упустить ни единого кадра, который может быть интересен публике. Поэтому теперь она стояла на пронизывающем ветру и коченела.

Мадам-журналистка, фигуристая блондинка с яркими чертами лица, старалась незаметно перепрыгивать с одной ноги на другую, чтобы хоть как-то наладить кровообращение в стопах.