Первым же делом она сунула мне в руки пакет с папками, конвертами, бумагами и файлами.

— Что это? — спросил я.

— Компромат на Матильду фон Боде, — ответила репортёр. — Много компромата.

— Это я понимаю. А конкретно? В двух словах можешь рассказать? — попросил я.

— Если только очень коротко, — воровато оглядываясь, словно боясь, что её заметят, ответила Цыпочкина. — По-моему, я слишком много узнала, и за мной хвост. Поэтому я на некоторое время пропаду с радаров. Честно говоря, советую тебе сделать тоже самое. Если я права, то тебе никакой статус героя не поможет. Награждать тебя будут посмертно.

— Да ты не переживай так, — сказал я. — Расскажи всё-таки, что не так с этой фон Боде.

— Да всё не так, если кратко. Академию она окончила, как весьма посредственный маг с третьим уровнем. У неё очень узкая специализация, а именно — ядовитые растения. Выписка из академии в пакете. Затем вышла замуж за состоятельного барона, который буквально через несколько лет умер. Но! — Виолетта выставила указательный палец, — Матильду обвинить не получилось. Ядов в организме бедолаги обнаружено не было, зато разложилась его печень. Понимаешь?

— Нет, — честно признался я.

— Почитаешь, я тебе копию результатов вскрытия положила. Короче, хоть прямых доказательств против неё не было, но кто-то за жабры нашу баронессу всё же взял, — Цыпочкина сунула руку в пакет и выудила оттуда фотографию, на которой Матильда в знакомом мне ядовито-оранжевом шарфе стояла на крыльце здания СБ и разговаривала… со Скуратовым! — Вот. Выводы сделаешь сам, а мне пора бежать.

Уже сидя за столом в особняке Беллы, я разложил все принесённые мне Виолеттой документы и принялся их изучать.

Вот свидетельство о выпуске. Действительно, третий уровень, и то — с натяжкой. Два запятая пятьдесят четыре. Даже ботанику она не тянула, а только одно-единственное направление — ядовитые растения. Рекомендовано работать в сфере фармацевтики.

Но зачем, правда? Вот и свидетельство о заключении брака. Барон на двадцать лет старше, зато богат. У него несколько торговых центров в Москве и свой футбольный клуб. Была у барона одна пагубная привычка (если не считать Матильду), пил он, как не в себя. Каждый день к вечеру накачивался алкоголем по самые гланды. Неудивительно, что именно это и поставили в анамнезе. Цирроз печени, вызванный алкогольной зависимостью.

Но была тут и служебная записка какого-то лаборанта, написанная от руки. «Следов ядов не обнаружено, но есть подозрение, что печень разложилась от длительного воздействия неизвестного токсина. Прошу разрешить анализ». И сверху огромная печать: «Отказать».

Фотографии со Скуратовым. Фотографии на фоне Лубянки. Фотографии у нашего небоскрёба. Чудесно.