Но в следующую секунду она поняла, что та имеет в виду, и женщина тут же подтвердила ее догадку:

— Вашей тете. Ну, той, для кого вы ищете сиделку.

— Ах, тете! — Надежда облегченно вздохнула. — Тете восемьдесят пять. Она вообще-то еще ничего, вполне вменяемая, но ей трудно самой работать по дому.

Надеждиной тетке было лет на десять меньше, и она убила бы Надежду на месте даже не за то, что ей прибавили возраст, а за то, что Надежде пришла в голову мысль о сиделке. Тетка всю жизнь была абсолютно самостоятельной и помощь Надежды, даже когда болела, принимала неохотно.

Женщина задавала еще какие-то вопросы и делала пометки в разграфленном листе анкеты.

— Значит, как я понимаю, вам нужна приходящая сиделка на неполный рабочий день…

— Да, часа на три в день. Только вы знаете… — Надежда изобразила смущение. — У тети есть очень специфическое пожелание. Вы только не удивляйтесь…

— Я здесь уже пять лет работаю и ничему не удивляюсь.

— Моя тетя — она сама с севера, родилась в Архангельске, так вот, она просила… если возможно… чтобы сиделка была из ее родных мест. Ну, не обязательно из Архангельска, но желательно с севера. Я понимаю, это звучит странно, но пожилые люди — у них есть свои сложности… я извиняюсь — свои тараканы. Так вот, тетя сказала, что ей будет легче найти общий язык с земляком… то есть землячкой.

Женщина за столом задумалась.

— Что, это невозможно? — проговорила Надежда. — Я понимаю, в основном ваш контингент из южных краев — из Молдавии, из Средней Азии, но я почему пришла именно в ваше агентство — те мои знакомые, от которых я о вас узнала, они говорили, что вы им прислали женщину как раз с севера. Ее звали, кажется, Паня, наверное, это Прасковья, хотя я не уверена…

Надежда внимательно следила за своей собеседницей — и ей показалось, что при имени Прасковья та вздрогнула. Но потом взяла себя в руки и переспросила:

— Прасковья? Нет, сейчас у нас нет сотрудницы с таким именем.

— Но как же, мои знакомые говорили…

— Это, наверное, она про Прасковью Мартьянову спрашивает! — подал голос клерк с пасьянсом.

— Николай, я сама разберусь со своим клиентом! — строго оборвала его Надеждина собеседница.

— Точно! — оживилась Надежда. — Теперь я вспомнила — фамилия Пани была точно Мартьянова… только отчество не помню…

— Федоровна! — снова донесся голос из-за монитора.

— Николай! — раздраженно прикрикнула женщина на коллегу и застучала пальцами по компьютеру. — К сожалению, Мартьянова у нас давно уже не работает…

— Как давно? — переспросила Надежда. — Мои знакомые говорили, что она…

— Уже около трех лет. Но вы знаете, вашей тете повезло. У нас есть одна женщина, которая ей подойдет. Она не из Архангельска, но из Вологды, а это тоже север.