— Человеку, который достойно оценит.

Тот почесал бороду, прищурился:

— А ежели будет ажиотаж, как в прошлый раз? Помните, чуть до драки не дошло?

Я усмехнулся, вспоминая тот случай.

— Ну, коли так, то до драки не доводи, — рассудительно ответил я. — Разбей его на два, по три чашки и блюдца, или на три, по две. В общем, сам разбирайся, тебе виднее. Главное, чтобы цена была достойная, и чтобы в хорошие руки попал товар.

— Не сомневайтесь, Егор Андреевич, — заверил меня Фома.

Игорь Савельевич, пока Фома собирался, отозвал меня в сторонку.

— Егор Андреевич, — купец понизил голос, поглаживая свою пышную бороду, — хотел спросить: хороший ли инструмент медицинский, что я достал? Сгодился ли?

Я кивнул, благодарно похлопав его по плечу:

— Дa, хороший, Игорь Савельевич.

И как раз вовремя он нашёлся, за что отдельная благодарность тебе.

Глаза купца заблестели от любопытства. Он огляделся по сторонам, словно проверяя, не подслушивает ли кто, и спросил тише:

— А для каких таких целей понадобился этот инструмент? — вопрос был задан ненавязчиво, но было видно, что тому интересно.

Я задумался на мгновение. Рассказывать о том, как мы оперировали Петьку, не хотелось — лишние разговоры ни к чему.

Как раз в этот момент мимо крыльца проходил Ричард.

Я кивнул на англичанина:

— Это ему нужно, он у нас лекарь. Так пусть занимается.

Не стал вдаваться в подробности и рассказывать, что инструментом уже попользовались в полной мере.

Купец проводил Ричарда взглядом, в котором читалось некоторое недоверие к иноземцу, но расспрашивать дальше не стал, удовлетворённо кивнул, принимая мой ответ. Некоторое время он стоял молча, словно что-то обдумывая, покачиваясь с пятки на носок.

Потом вдруг встрепенулся:

— Лекарь, значит, — задумчиво протянул он. — Оно и видно — руки у него не как у мужика нашего, белые да ухоженные.

Я задумался на мгновение, а потом, решил заказать ему работу для кузнеца. Быстренько взял лист бумаги и начертил на нём схему примитивной буржуйки."

"— Смотри, — говорил я, вычерчивая детали. Нарисовал именно корпус её, подумав, что трубу выведем из глины, чтобы кузнец не заморачивался, а вот сам корпус, чтобы сделал из толстых листов железа, спаяв или склепав их между собой так, чтобы было герметично.

— Вот тут, — я указал на верхнюю часть чертежа, — нужно сделать прорези для того, чтобы можно было на ней готовить.

Игорь Савельевич наклонился ближе, внимательно изучая мой рисунок. Его густая борода почти касалась бумаги.

Я продолжал:

— А здесь пусть сделает кругляши, чтобы закрывать эти прорези, — мой палец обвёл соответствующее место на чертеже. — Вот тут дверка, куда дрова закидывать. На петлях пусть сделает. А тут поддув, чтоб можно было регулировать, сколько воздуха поступает. А вот здесь отверстие для вывода трубы.