Трепыхаться не стал, четким движением смахнул со стула простыню, быстро обмотал ее вокруг пояса.

– Предупреждать надо, – присаживаясь, не в укор сказал он.

– Извини...

– Ничего. Выпьешь?

– Не откажусь.

Она сама взяла бутыль, чтобы наполнить стаканы, но Ролан ее остановил.

– Одна рука разливать должна, – скупо улыбнулся он. – А то утром голова болеть будет...

– У Леньки она по-любому болеть будет. Надо ж так нажраться...

– Значит, так пошло...

– Плохо пошло. На людей зачем бросаться?.. Еле удержала...

– Крышу у пацана сорвало. Плохо...

– Он что, всерьез думает, что я буду в ваши бандитские игры играть?

– В наши?! Бандитские?!.

Что-то я тебя не понимаю.

– Чего тут непонятного? Леньку на большую дорогу потянуло. Джип ему подавай... Он же людей, которые в нем были, убить хотел...

– Это у него спьяну крышу снесло.

– Нет, это у него натура такая...

Ролан задумался. То, что Зубодер нажрался как свинья, это факт. Но с фазы он мог съехать не только от водки. От безделья умом мог тронуться. Что, если в самом деле на большую дорогу выйдет? Работать в поле не хочет, а грабить и убивать – пожалуйста.

– Не знаю. Но я в эти игры не играю.

И ему не дам..."

"Не сказать, что Ролану очень нравилось на хуторе. Но и плохого здесь мало. Соседей нет, дети еще маленькие, чтобы видеть в нем чужого человека. Хозяйство неплохое – дом, двор, новенький заграничный трактор со всеми приспособлениями для полевых работ. И Марина – очень даже хороша... Плохо, что Зубодер под ногами мешается. Да еще идиотско-наполеоновские планы строит. Более того, с Мариной спит... Задвинуть бы Зубодера в сторону, да остаться здесь на правах полного хозяина – и в поле пахать, и с женой спать. На покойного Антона он действительно очень похож, будет жить с Мариной, работать, воспитывать ее детей.

И никакого больше насилия. Этот хутор мог бы стать тихой гаванью в штормящем жизненном море. Жить бы, работать да не тужить. И плевать, что пресно, лишь бы спокойно...

– Я вижу, ты надежный, не то что этот... – сказала Марина, адресуя ему одобрение, а Леньке – упрек.

– Если б я был надежным, в зону бы не попал.

– Значит, оступился...

– Оступился?!. Это была моя вторая ходка. Я – опасный рецидивист, а ты говоришь, оступился...

– И все равно ты не такой, как Ленька.

Черствый, но не гнилой... И сильный... А Леньку не надо в спальню тащить, – мотнула головой Марина. – Не хочу я с ним спать... И вообще... Как-то глупо все получается. Дети тебя своим отцом считают, а спать я должна с Ленькой. Что, если они узнают, кто у меня в спальне по ночам бывает?..

– Не узнают. Они у тебя пацаны послушные, спать рано ложатся... Хорошие пацаны...

Мальчишки Ролану нравились. Смышленые, подвижные, сопли не распускают. Со Степкой и поговорить можно, и матери он уже вовсю помогает.