Я вытащила нож и выползла из-под толстяка. У него в горле заклокотало, в стороны полетели красные брызги.

– Сука, – пробулькал он, пытаясь подняться. – Ты… труп.

Прижимая одну руку к животу, а во второй держа скользкий от крови нож, я взглянула ему прямо в глаза.

– Я тебе говорила, сукин сын. Женщины – это тебе не товар. А уж я тем более!

Оскалив зубы, он бросился на меня и обеими руками сжал горло. От гнева он совсем поглупел – даже забыл, что у меня нож. Старался выдавить из меня жизнь.

У мужиков есть еще одна слабость, помимо тупости, – висящие причиндалы. Я прямо по ним коленом и заехала.

Кабан заревел, и хватка на секунду ослабла. В глазах вновь потемнело, а уши словно наполнились водой. Понимаете, он сделал ошибку: обеими руками сжал мне горло, а мои остались свободными.

Я всадила нож ему в шею по самую рукоять. Смотрела прямо в маленькие свиные глазки и видела, как угасает жизнь, словно пламя свечи, а он видел, как приходит смерть. И тяжело, как гнилое дерево, повалился мне на грудь.

Вот и все.

В жизни никого не убивала.

Я видела, как гас этот свет в глазах лосей и оленей, – но не в человеческих. Особой разницы не было.

Я откатила его в сторону и немного полежала, стараясь успокоить колотящееся сердце. Трясущимися руками застегнула джинсы, попыталась застегнуть и куртку, но этот ублюдок поотрывал все пуговицы. Девушка из ящика звала меня и умоляла выпустить, но мне сейчас было не до нее. Я поднялась на дрожащие ноги и вытащила нож из шеи этого животного. Даже не попыталась вытереть. Зачем, если я снова собиралась пустить его в ход.

Я вылезла из трюма с одним-единственным желанием, и никто – ни люди, ни боги – не смогли бы меня остановить.

Колби действительно ждал на палубе.

Ярко светила луна; опираясь на борт, он держал в пальцах сигарету. Вокруг никого не было, потому я и не подумала подкрадываться. Колби наверняка услышал мои шаги, однако головы не повернул. Он смотрел, как винты вспенивают воду.

– А ты быстро, Тони. Признайся, на самом деле она тебе понравилась.

Я стояла у него за спиной, держа нож лезвием к себе, так, чтобы он лежал вдоль руки. Во мне кипела ненависть, превращая пот в пар, а кровь толстяка шипела и пенилась.

– Нет, я ему не понравилась.

Колби резко обернулся, сигарета выпала из пальцев.

Я схватила его за грудки и прижала к перилам, приставив к горлу нож. Он поднял руки, сдаваясь, и уставился на меня расширенными глазами, словно увидел демона, вышедшего из ада. Кровь текла по моему лицу и струилась изо рта, а пылающие глаза покраснели от гнева и слез. Грудь была обнажена и покрыта кровью, отчего я и вправду выглядела как монстр.

– Ох… Элка… Что он с тобой сделал?

– А ты как думаешь? – ответила я."

"– Я не… – Его глаза бегали. Он искал помощи или пытался выдумать очередную ложь.