Я словно погружалась в омут черноты его неумолимого взгляда, а безжалостный омут утягивал в пропасть, которой нет конца и края, так и обещая, что останусь там навсегда. И я тонула, теряя себя. Пропадала, забывая, кто я есть. Вязла в этой трясине, поглощающей так беспощадно и безвозвратно. Ровно до тех пор, пока не вспомнила, что на меня подобное вообще-то не действует.

- Ты оглох внезапно? – в предельном удивлении продолжила я. – Говорю, что заранее позаботилась о нежелательных последствиях твоих спонтанных неконтролируемых семяизвержений, о которых, между прочим, ты сам ранее не задумался ни на секунду… - и чтоб ему стало совсем обидно, добавила, - волчара озабоченная.

- Яр-р-русик, ты сейчас очень сильно нарываешься, - совсем охрипшим и почему-то не злым тоном ответил Ян.

Поинтересоваться о том, что может ещё хуже, чем терпеть его присутствие мне не удалось. Ну, да и без того я всё поняла уже вскоре.

Одним рывком он перевернул меня как пушинку, подминая под себя, укладывая на живот, срывая моё и так не богатое одеяние. Влажный горячий язык прошёлся вдоль линии надплечья, зализывая остаточный след от недавнего укуса.

- Хочешь поиграть, детка?

Чего хочу на самом деле я не знала. Просто очень трудно соображать и уж тем более говорить об этом, когда его ладони уже раздвигают мои ноги, раскрывая промежность. Рыкнув, он всадил в меня свои пальцы, терзая так беспощадно и остро, что невольно выгнула спину, подаваясь навстречу его жёсткой ласке. Ян осыпал горячими поцелуями мои плечи, шею, спину, поясницу и даже внутреннюю сторону бёдер, оставляя за собой синяки и отметины, словно желал заклеймить каждый участок моего тела. Не в силах выдержать пытки, подалась немного назад, стараясь усилить ощущения. Но Ян собирался играть по своим правилам. Жалобно простонала, когда он высвободил пальцы, забирая и малую толику того, что мне было так нужно сейчас. Сильные чуть шероховатые ладони легли на ягодицы, вдавливаясь в кожу, массируя так безнадёжно неторопливо, что очередной стон из моей груди больше походил на требовательный рык.

- Попроси, - потребовал он.

Я уже давно была готова умолять его дать больше, но хриплое требование вмиг остудило весь мой пыл. Дёрнулась вперёд, пытаясь избавиться от прикосновений его загребущих ручонок, но мужчина лишь сжал хватку сильнее, не позволяя сбежать от пытки.

- Просто попроси меня, детка, - повторил он.

Тело нещадно ломило от боли и сладостной неги одновременно, требуя высвободить закрутившийся ураган страсти и вожделения на волю.

- Да хрена с два я буду у тебя просить хоть что-то! – выпалила в порыве гнева."

"Вновь дёрнулась вперёд, ухватившись за изголовье кровати руками. И мне даже удалось, пусть и недалеко.