В первоначальном замысле европейских фортификаторов, проектировавших и строивших эту линию, оборона низменных прибрежных участков возлагалась на турецкий флот, которому предписывалось насквозь простреливать две этих полоски земли и тем самым не допустить прорыва русских на этих направлениях. В 1878 году, найди турки войска для обороны Стамбула, все так и было бы. Похожая картина сложилась бы при войне Османской Империи с Болгарией один на один, но в данном случае, когда место турецких кораблей заняли русские, ежик оказался вывернут наизнанку, мехом внутрь.

Уже к десяти часам дня прорывы, обозначившиеся на флангах, приняли угрожающий для турок характер, что вынудило их организовать несколько массированных контратак, которые на местности, простреливаемой корабельной артиллерией не привели ни к чему, кроме увеличения потерь. Еще совсем немного – и после того как огнем корабельной артиллерии турок оттеснят от линии железной дороги, неприступный центр чаталжинской позиции окажется в полном окружении, безо всякой возможности повлиять на обстановку.

И примерно в то же время на песчаных пляжах в десяти километрах западнее горла Босфора и в двадцати километрах к северу от окраин Стамбула, вне досягаемости береговых батарей, началась высадка морского десанта, поддержанного огнем канонерок и артиллерией больших десантных транспортов.

Первыми к берегу подошли стопятидесятитонные номерные миноносцы и сыпанули на берег морскими пехотинцами авангарда, которые быстро захватили прибрежный плацдарм. Немногочисленные аскеры редифа старших возрастов (третий сорт не брак), охранявшие берег в этом месте, отступили под натиском орущих: «полундра!» шайтанов, почти не оказывая сопротивления. Сработали то ли размалеванные устрашающим гримом лица, то ли весомые аргументы в виде шквального огня из пистолетов-пулеметов[29].

Потом, сразу после отпрянувших обратно в море миноносцев, к берегу подошли десантные транспорты и, широко раззявив свои пасти, высадили две бригады морской пехоты. После завершения этой операции их винты, вывернув лопасти на реверс, завращались вновь – и оба БДК уползли обратно в море, чтобы, вернувшись в Бургос, забрать следующие две бригады для доставки на плацдарм.

На полном ходу они могли обернуться часов за восемь.

И обстановка, складывающаяся на Чаталжинской линии, и, главное, десант у Босфора – все это до предела встревожило турецкое командование. Пока что аскеры, в основном прибывшие с азиатского берега, продолжают драться и не бегут сломя голову от русских шайтанов и лязгающих металлом бронированных чудовищ… Но пройдет совсем немного времени – и ими овладеет паника и отчаяние.