Почему ставленник императора вдруг пошёл на поводу у барона? После того, как я напал на солдат, точнее, мой род, со мной заключают соглашение, услышав про кристаллы. Слабенько, но весь вопрос в том, как это преподнести и под каким соусом.

Что конкретно предпримет Жмелевский, я не знал. Более простым казалось дать приказ солдатам атаковать или тень прислать и напасть на людей императора и всё повесить на меня. Но провал ставленника императора и жажда наживы заставили его рискнуть, за что он поплатился… Я улыбнулся. Пока достигнутое меня устраивало.

Суд будет собираться, судя по словам Жоры, минимум месяц. За это время, используя связи Булкина, я смогу распространить по стране свою версию событий. А эта стычка… Она даже до императора не дойдёт в полном объёме. Ведь всё хорошо: кристаллы добываются, Магинский под домашним арестом ждёт суда, который наверняка лишит его земель и жизни.

Я выиграл время и относительный покой. Единственный минус: формально заперт на своих землях, но это ненадолго. Ставленник императора будет молчать о нападении, Патронажный тоже не побежит докладывать о своём провале, если он, конечно, не дурак и не хочет похоронить карьеру.

Договор о невмешательстве солдат в мои дела у меня на руках. Продажа зелий и кристаллов продолжится. Теперь армия будет защищать меня с другой стороны границы моих земель. Идеально… Почти.

«Ты доволен?» — спросила Лахтина через ментальную связь.

«Ты великолепная актриса», — мысленно похвалил я её.

«Что это?» — она недоумённо свела брови.

«Твоё состояние… Когда ты вернулась», — улыбнулся я.

«На меня напал монстр, огнелис… — её мысленный голос звучал возмущённо. — Какой позор, я еле убежала от него. Какие же вы, люди, слабые!»

Я мысленно усмехнулся. Игра была отличной и, похоже, всех убедила. Да кто поверит, что этот божий одуванчик — боевая машина убийств? Только я…

«Ты покушала? — поинтересовался, наблюдая, как она облизывает уголки губ. — И почему не убила того старика?»

«Да… — она вытерла рот тыльной стороной ладони. — Он оказался силён, пытался меня подчинить, пока другие сдерживали… Не успела. Времени не хватило».

Лахтина продолжала что-то рассказывать в моей голове, но я уже не слушал. Пыталась уговорить меня вернуть ей истинное обличие прямо сейчас, ведь она помогла. Но я отвечал уклончиво: не знаю, как, не хочу, потом… Лахтина — моё новое крайне эффективное оружие, и я не собирался так просто расставаться с ним.

Когда мы подъехали к особняку, солдаты уже вылезли из своих машин и выстроились вдоль подъездной дорожки. На крыльце стояли Витас, Жора и мои жёны-перевёртыши, с тревогой вглядываясь в наш кортеж.

Я выбрался из машины, улыбаясь, как будто вернулся с приятной прогулки.