Однако я всё ещё сжимала телефон и смотрела на потухший экран немигающим взглядом. Потом мне пришло понимание о необратимости ситуации. И что должна отправится в полицию, я тоже понимала, как бы сильно не желала все забыть. Прошлый вечер и это утро. Записку от Каина и звонок полицейского…

Посмотрела на время – десять утра. С трудом сползла с дивана, стараясь игнорировать противную слабость во всем теле. Собиралась по-спартански, натянув первое, что попалось под руку. Напуганная до икоты, я уже ни о чем другом не могла думать.

Вызвала такси, ибо сил ехать на общественном транспорте не было. Страх сковал внутренности ледяной коркой, мешая вдохнуть полной грудью. Пришла мысль, что меня могут обвинить во вчерашнем убийстве! Или в соучастии! Сжала кулаки, прошипев от боли - на ладонях остались ссадины.

Пока ждала машину, ежась на холодном ветру, решила для себя, что ни за что не расскажу следователю всей правды. Каин недвусмысленно требовал молчать, а его я боялась больше, чем все отделение полиции вместе взятое.

По дороге почти до крови искусала губы, а ремешок сумки так сильно сжимала в ладонях, что пальцы свело судорогой!

РУВД Ленинского района встретило серыми, унылыми стенами. Дежурный лениво поинтересовался целью моего визита, даже не глядя на меня, проверил запись в журнале и сообщил номер кабинета, в который я должна была явиться.

На негнущихся ногах поднялась на третий этаж и робко постучала в кабинет под номером 312 с выцветшей табличкой: «Старший следователь- Громов Константин Дмитриевич»

-Да, - ответил мне уже знакомый голос. Вдохнув поглубже, сделала шаг, остановившись на пороге и внимательно посмотрела на мужчину: широкоплечий мордоворот, с устрашающим, острыми словно бритва, глазами и выдающимся, мощным подбородком. Одет был не в полицейскую форму, а в обычную клетчатую рубашку и джинсы."

"Кабинет был достаточно просторный, а сам Громов восседал за огромным столом у противоположной стены, который был весь заставлен разноцветными папками. Старший следовать поднял на меня усталый, равнодушный взгляд и вопросительно изогнул бровь.

-Доброе утро, - запинаясь, поприветствовала я.

-Вы по какому вопросу? – полюбопытствовал Громов.

-Не знаю, - честно ответила я, переминаясь с ноги на ногу и теребя ремешок сумки похолодевшими пальцами.

Громов тяжело вздохнул и покачал головой:

-Вы точно ко мне?

-Если вы Громов, то точно. Я Авдеева, Ева.

-Присаживайтесь, - тут же проявил интерес старший следователь, указывая рукой на колченогий стул.

Медленно прошла вглубь кабинета, робко устроившись на самом краешке стула и подняла взгляд на следователя, даже не замечая, что всё ещё кусаю губы.

-Гражданка Авдеева, вы в курсе, что вчера недалеко от вашего дома произошло убийство? – не стал тянуть Громов.