— Не смей так поступать со мной. Ты прекрасно знаешь, что все то, что только что произошло — всего лишь внушение с твоей стороны и моих эмоций там не было ни единой. Так что если тебе действительно от долгого воздержания или почему там еще захотелось вдруг секса — я могу это понять. Но выбери себе другую женщину для фантазий. Не меня. Я согласна тебе помогать в том, чтобы ты побыстрее обрел тело. Но избавь меня, пожалуйста, от порнушки с моим участием в моей же собственной голове.

Подняла глаза на дракона — во время своего монолога я, оказывается, пялилась в вырез его рубашки.

Арран смотрел на меня с бесстрастным выражением лица — не поймешь, о чем думает

— Вот как? — поинтересовался он. — Порнушки? — на миг его взгляд стал отстраненным, а потом он широко улыбнулся. — Еще не дошли.

— Ты понял, о чем я.

— Хорошо, — сказал дракон. — Я посмотрел сегодня на людей в караване, никто из них особой угрозы не представляет. Мне нужно сделать пару дел, на которые понадобятся все силы. Я оставлю тебя на несколько дней.

— Это было бы замечательно.

— Я вернусь, когда караван подойдет к Лирборну или раньше, — сказал дракон и исчез.

А я, обессиленная, опустилась на лежанку. Откинулась на подушки. Низ живота неприятно тянуло — тело, доведенное до крайности состоянием возбуждения, требовало разрядки. Чертов дракон!

* * *Арран выполнил свое обещание — следующие несколько дней я его не видела. Караван медленно, но верно продвигался вперед. Я постепенно втягивалась в размеренный ритм походной жизни — даже ритуал «ухода за тканями» перестал бесить своей кажущейся бессмысленностью. С торговцами, прочими девушками и охранниками каравана я почти не общалась — во— первых, до сих пор не решила, что говорить о себе, а, во-вторых боялась показывать вопиющие пробелы в знаниях об окружающем мире.

Старалась больше слушать и наблюдать. Диля же лишних вопросов не задавала — она вообще стала довольно много времени проводить с Нелянькой и другими девушками. Но сплетни рассказывала исправно — в основном они касались того, кто, с кем, сколько раз, почему и когда.

Да уж, верно говорят: если у вас есть только один инструмент — молоток, то все проблемы начинают казаться гвоздями.

Так что слушала я ее обычно вполуха и не особо обращала внимание на подробности рассказов. Единственное, что я ей строго запретила — это заниматься своим ремеслом — что одним, что другим, пока мы путешествуем вместе. Она со страхом в глазах поклялась безликой богиней, что не будет.

Кстати, прелюбопытный культу безликой. Чем больше я наблюдала за монашками, тем больше вопросов у меня появлялось. В караване их было примерно десять человек, но я ни за что не смогла бы отличить одну от другой.