Взяв из заначки нужную сумму, отправилась в магазин и купила себе платье, нижнее белье и светлые джинсы с белой кофточкой. Не ездила на рынок, а отправилась в один магазинчик, где продавали вполне хорошие качественные вещи за сравнительно приемлемую цену, тем более, когда она пришла, была большая акция. Дочери тоже приобрела шорты, платья, считая, что такую возможность не стоит упускать. Вике купила только изящную шляпку, переживая, что Олег будет против, ведь это не такой элитный магазин, где они привыкли одеваться.

Ближе к вечеру все были готовы, и как только Олег переоделся в светлые брюки и рубашку, отказавшись ужинать, заверив, что родители уже наготовили и ждут их, тронулись в путь.

Наблюдая, что Ольга нервничает, мужчина пытался перебороть в себе импульс заглушить машину, остановив на обочине, и прижать к своей груди, чтобы успокоить. Она такая хрупкая, нежная, пугливая, что все внутри его кипело в собственническом инстинкте, желая защитить… даже от себя, хотя понимал, что это невозможно, так как с каждым днем его все больше тянуло к ней, выворачивая наизнанку все желания, что таились внутри. Олег сдерживал себя и переживал, что надолго его не хватит.

А мысль, что как только все устаканится, она может уйти, вызывала гнев и несколько вариантов, чтобы не допустить этого.

Со стороны Сторхов видел себя диким хищником, эгоистичным и матерым, не допускающим и мысли, что желанная женщина решит уйти от него, преследуя добрые мотивы, этого он допустить не мог.

Сжал руль и произнес:

– Оль, все будет хорошо. Не переживай. Мои родители очень хорошие люди, и я уверен, что они тебе понравятся.

Выдавив улыбку, Латрова кивнула и, повернувшись назад, отмечая, что девочки смотрят мультики, ответила:

– Просто… мы с тобой недавно познакомились и как они отнесутся к тому, что ты решил взять женщину с ребенком? Или ты им скажешь про обстоятельства, что вынудили тебя… Но потом ведь можно…

Олег посмотрел на дорогу, убеждая себя, что не стоит давить на нее, чтобы не сбежала, но чем больше в ее головке появлялось таких добрых мыслей, тем сильнее в нем росла мысль кардинальным образом изменить их семейное положение.

Переборов себя, спустя время, мужчина проговорил:

– Оля, я тебя уверяю, что тебе не стоит беспокоиться.

И у нас нет никаких обстоятельств. Мы женимся, потому что хотим этого.

Латрова украдкой посмотрела в напряженное лицо мужчины, и выдохнула:

– Извини, я переживаю и…

– Не стоит. Все будет хорошо, – выдал он, надеясь, что в деревне они смогут лучше понять друг друга, стать ближе.

Встретили их хорошо. Мать Сторхова, Лидия Михайловна, с теплотой приняла милую женщину, в глазах которой был страх и надежда, пригласив в дом. Обняла сына, с интересом наблюдая, как Олег смотрит на свою невесту.