К сожалению, дочка не хочет сидеть с кем-либо, и я вынужден срываться с работы. Недавно нанял воспитательницу, хорошую девушку, но когда Вика заболела, то стала плакать, прятаться от нее, не подпуская к себе. Вероника и сейчас здесь, присматривает за ней, но не заходит, чтобы не провоцировать. Уверен, когда дочка пойдет на поправку, не будет столь сурова к гувернантке. А повару, Нине Ивановне, она доверяет, но постоянно просить пожилую женщину заниматься ребенком – не дело.

Ольга подошла к столику и, взяв в руки листок, прочитала список и рекомендации, как вдруг услышала:

– Ты вызывала врача для Алины?

– Да, – ответила Латрова, посматривая на дочь, с любопытством поглядывающую на темноволосую девочку.

– А когда она проснется?

Глаза Виктории мгновенно распахнулись, как будто услышав, что речь о ней, и с измученным взглядом посмотрела на маленькую гостью, пришедшую в их дом. Немного приподнявшись, посмотрела на отца, загадочно смотрящего на нее, а потом на Ольгу.

Скромно улыбнувшись, она тихо сказала:

– Здравствуйте. Спасибо вам за подарок.

– Какой подарок? – тут же поинтересовалась Алина, хмуря свой носик.

– Сумочка! – довольно поделилась Вика и полезла рукой под подушку, чтобы вытащить вязаную вещь. Достав, протянула Алине и сказала:

– Красивая, правда?

Дочь Ольги улыбнулась и довольно заметила:

– А у меня такого же цвета платье.

– Да?! И я хочу, – воскликнула Виктория и с надеждой посмотрела на Латрову.

Женщина улыбнулась ей, и проговорила:

– Обязательно. Только нужно пить лекарства, чтобы ты быстрее поправилась, и тогда у меня будет замечательное настроение, и я с радостью сяду за платье.

– А вы будете жить у нас? – полюбопытствовала темноволосая девочка, показывая очаровательные ямочку на подбородке, и замечая, что женщина замерла и не отвечает, посмотрела на отца. Сторхов кивнул и спокойно произнес:

– Да, Вика. Когда тебе будет лучше, можете вместе выбрать ей комнату.

– А можно ей ночевать со мной? Мне так одиноко. Пожалуйста. Я так не хочу оставаться одной, – тихо сказала она, прижимая маленькие кулачки к груди, а потом внезапно начала кашлять.

– Но теперь ты ни одна и скучно точно не будет, – с улыбкой сказала Ольга, чувствуя неудобство, что они с дочерью врываются в жизнь незнакомых людей и доставляют неудобства.

– Я не против, но, когда обе пойдете на поправку! – заявил мужчина и, посмотрев на Ольгу, проговорил: – Хотел переговорить с тобой. Пусть девочки познакомятся, а мы побеседуем.

Латрова кивнула и направилась за мужчиной, всем сердцем не желая оставаться с ним наедине. Совсем. Ничего не могла с собой поделать, но продолжала идти.