Любимый мужчина, естественно, ни так выразился, а вроде как: «Сбежала, как только он ей помог», но она перевела на свой лад. После этого звонка она сразу же позвонила заказчику, как и договаривалась с ним, и попросила встречу, чтобы отдать причитающееся и раз и навсегда забыть о том, что имела дело с мразями, как этот.

Приехала она на машине, и оставила ее на обочине. Даже не обращала внимания на всякие шумы, мечтая побыстрее убраться из этого проклятущего места.

Послышались шаги, и она напряглась. К ней подошел высокий худощавый мужчина в черном спортивном костюме с капюшоном на голове.

Сняв его, оголяя лысую голову, он оскалился и хищно произнес:

– Дорой ночи, Наталья.

– Доброй. Вот причитающееся, – сказала она и подала ему сумку. – Здесь половина.

Мужчина завис на секунду и, убрав руки, которые уже протянул к своему вознаграждению, рявкнул:

– Ты издеваешься? Зачем вызывала и настаивала на встрече, тратя мое время, когда принесла не все?

– Вы не выполнили условий договора! – с возмущением воскликнула она, считая себя правой. – Эта тварь просто скрылась. Скрылась! А вы загнули свою цену, обещая убить эту идиотку.

И в связи с тем, что обязательства нарушены, полностью не выполнили, я согласна отдать лишь половину.

Мужчина сжал руки в кулаки и, сделав шаг ближе, гневно процедил:

– Ты сказала, чтобы ее не было. Её и нет. Я сам выбираю методы! В данном случае мы могли действовать только через подругу. Если бы убрали ее под носом судьи Высшего арбитражного суда, рискуя всем, то это на порядок было бы дороже.

– Да вы себе много позволяете! Я юрист и знаю…"

"Наталья даже не заметила, как сильная рука схватила ее за шею и, развернув, сдавила, прислоняя тело женщины спиной к мужской груди.

Круглова в ужасе попыталась убрать ее, но ничего не получалось. Она только била и хрипела, не веря, что такое может случиться с ней.

– Тварь, я же предупреждал тебя, не сметь ставить свои условия и что-то мне диктовать. Посмела пойти против, значит, сдохнешь. Думаю, никто не обидится, если одной мразью станет меньше, – проговорил мужчина, отступая, радуясь, что очень темно. Посмотрел по сторонам и потащил упирающуюся бабу к деревцам, рассчитывая там ее и оставить.

Было желание всадить в нее несколько пуль, но не хотел палиться и тратить время. Хотя, если будет тихо, скорее всего, он не откажет себе в удовольствии.

Слыша еле ощутимые барахтанья жертвы, он улыбнулся, как вдруг его пронзила вспышка, поражая слух, когда он увидел людей с автоматами и пистолетами, выбегающих со всех сторон. Он ничего не слышал, так бывало, когда он был в гневе или шоке, только видел, как открывается рот того, кого он совсем недавно нанял, кому доверял, и кто его предал.