Стала сопротивляться, попыталась сбежать, обматерила каждого. Язык мой враг. Терпели они вроде как. У них там указание было попугать, но не обижать, как я поняла. А я кипятком одному в морду зафигарила, так как он налил себе чай и начал лапать. Типо никто не видит. Самая поганая овца в сволочном стаде. Вот я и плеснула ему в харю. Он рассвирепел, издеваясь, как последняя сволочь.

– Тебе нужно в больницу! Срочно! – дрожащим голосом воскликнула Латрова.

– Да. Пойду. Обязательно. Но после того, как они получат то, что хотят. Пообещали, что в следующий раз грохнут перед тем как попользуются.

Так что вот… Тебе решать.

Ольга не знала, что говорить, она видела напускное спокойствие подруги, шок и излишнюю браваду, хотя в глазах Зинаиды стоял ужас. Латрова сглотнула и прошептала:

– Я… Прости меня. Я не знала, что кто-то… что кому-то я… И не понимаю! Почему через тебя? За что? Уйти от Сторхова?

Переживая внутри себя все, что случилось с подругой только из-за их дружбы, Ольга закрыла рот рукой, сдерживая всхлип. В груди поднимались ярость, отчаяние и вина. Ее трясло.

Наблюдая за состоянием Ольги, Зинка выдохнула и тут же прижала ее к себе, недовольно ворча:

– Ну ты что?! Перестань.

Успокаивать ты должна, а не я.

– Прости, – просипела Оля, не в силах контролировать эмоции. – Прости меня. Это я виновата.

– Выживем! Ни хрена. Только вот… Только вот сможешь ли ты…

– Я все сделаю. Господи, что же они сделали, – выдохнула она, дотрагиваясь до лица Котовой, боясь сделать больно.

Зинка тяжело вздохнула, подавляя предательские слезы, а потом горько, почти улыбаясь, выдохнула:

– Ты бы видела, как я этой твари лицо сожгла. На всю жизнь уродом останется. Чтобы знал…

– Но он же… он же…

– Да, наверное, убил бы меня.

Не спорю. Только вот там какой-то мужик появился. Странный. Огромный амбал. Откинул его в сторону и сказал, чтобы не трогал меня. Вроде как приказа не было. Отправил его, а мне лед швырнул со словами: «Дура!». Проклятье… Хороший мужик, видно, только вот с дерьмом тусуется. Его бы…

– Зинка…– выдохнула Ольга, – Да черт с ним. Что делать нам?

Котова выдохнула, отчего ее челка поднялась на несколько секунд вверх и категорично заявила:

– Ну, как что? Курить, а то я сама от жалости к себе даже не могла встать с дивана.

Да и этот громила не разрешал."

"Зина поднялась, корчась и хватаясь за бок. Ольга тут же подскочила с дивана и задрала ее кофту, ужасаясь почти черному животу. Она посмотрела на женщину и выдохнула:

– Ты… Тебе в больницу нужно. А если у тебя там…

– Нет. Все нормально, – буркнула Зина и поковыляла в кухню.

Ольга шла за ней и не успокаивалась, переживая, что Зине могли и отбить что-нибудь.

– Боже, ты посмотри на себя. А если у тебя закрытый перелом, или внутреннее кровотечение.

– Сдохла бы уже.