— Так парень ее, — пожал плечами Марк, а Демьяну в очередной раз пришлось давить в себе приступ накатившей на него ярости.

Парень значит.

Ничего, никаких парней теперь не будет. Дема позаботится. Он не понимал, как до сих пор держался, потому что Дарька вообще не его полета птица. Она же сестра ему, не кровная, но сестра.

А он гребанный извращенец, ублюдок, больной на всю голову, потому что никто в целом мире ему кроме нее не был нужен. Только она. Днем и ночью перед глазами. Как он до сих пор крышей не поехал? А может поехал. В тот день, когда понял, что чувства его вообще не братские ни разу. И проклинал гребанные обстоятельства, судьбу, вселенную за то, что его девочка так близко и одновременно так далеко от него.

Смотрел в ее глаза карие, на губки ее розовые и едва себя сдерживал, чтобы не впиться в них, так как хотелось.

Нет, он бы ни за что себе не позволил. Тогда не позволил бы. А сейчас… Он и сам не знал, что изменилось, просто переклинило, не мог он больше, не мог не видеть ее, не слышать. Это было выше его сил. Демьяна тянуло обратно. Волком готов выть был. Подыхал вдали от нее. Так не бывает просто.

После отъезда его на части рвало, так хотелось плюнуть и вернуться. Рядом с ней быть, мучиться, подыхать, но рядом с ней. Чтобы улыбалась, чтобы смотрела на него как раньше и каждый раз Демьян запрещал себе даже думать об этом.

Он знал, как ей было больно, знал о ней все, от Марка получал информацию. И как она из дома выходить отказывалась, и как ревела в подушку днями напролет. У Демьяна сердце кровью обливалось, но он знал, что рано или поздно она успокоится переболеет и отпустит.

И она успокоилась. Вычеркнула Демьяна из своей жизни и теперь обнималась с непонятным персонажем.

А Демьян смотрел и ничего не делал. Пока не делал. Потому что знал, что ненадолго этот клоун в ее жизни задержится.

Даря тем временем успела попрощаться со своим ухажёром и скрыться в подъезде. А Демьян сам не заметил, как выдохнул. Потому что он вообще не был уверен, как поступил бы, поднимись они вместе. Он даже представить себе не мог, что кто-то… Да он даже не хотел себе такое представлять.

— Ну что? — снова напомнил о себе Марк.

— Пойдем, — бросил Демьян и вышел из машины.

Сердце стучало как ненормальное в предвкушении встречи.

— Она будет не рада, — произнес очевидное Марк.

Да ладно? Будто Демьян этого не понимал.

Он бы удивился, будь иначе.

— Поэтому ты пойдешь первый."

"Войдя в подъезд, они поднялись на нужный этаж.

Марк нажал на звонок и спустя минуту за дверью послышалось громкое «кто?»

— Дарин, это я, открывай.

Щелкнул замок, дверь распахнулась и Демьян забыл как дышать.

Дарина же застыла на месте.

— Здравствуй, Дарь.

3. Совсем не рада меня видеть?

Дарина стояла словно к земле прибитая, не в состоянии шелохнуться.