Человек, имеющий опыт такого рода единоборств, сумел бы извернуться, спасти руку, а пятиборка начала бестолково вырываться изо всех сил. Дело могло кончиться переломом, но дзюдоистка вовремя остановилась. Опыт подсказал ей, что соперница уже побеждена и усиление давления закончится ненужной травмой.

Следующей в очереди оказалась Зойка. Она по глупости сцепилась с Истоминой. Сбылось пророчество Демидовой. Сначала Ксюша схлопотала несколько основательных затрещин. Где-то минуту кикбоксерша работала в стойке, держа гребчиху на дистанции. Но рядом сражались еще шестнадцать девчонок.

Они мешали Зойке маневрировать. Стоило кикбоксерше запнуться о чью-то ногу, и Ксюша тут же бросилась к ней, стиснула в могучих объятиях. Зойка беспомощно задергалась, попыталась вырвать зажатые руки, но куда там! Пятнадцать лет вспарывать веслом водную гладь — не шутки. По физической силе Истомина превосходила двух таких Зоек. Кикбоксерша обмякла и на несколько секунд потеряла сознание. Щукин тщательно осмотрел больную. Переломов ребер он не обнаружил, но трещины могли быть. После Зойки доктор принял… Ксюшу. Зойка несколько раз заехала ей по лицу, у Истоминой распух и сильно болел нос. Большинство девушек волновались за свою внешность. Казалось бы, на острове это должно беспокоить их в последнюю очередь. Ан нет. Ссадины и гематомы на лице заставляли спортсменок немедленно обращаться к врачу. Сам Щукин, хотя и повидал за жизнь более чем достаточно, вдруг проникся сочувствием к Ирочке Вершининой. Такая милая, очаровательная девушка, а под глазом громадный фонарь. Как же она просила Льва Егоровича поскорее избавить ее от этого малосимпатичного украшения.

«И куда торопится девочка? Вроде на острове ей не с кем крутить романы. Разве что с другой пленницей», — подумал доктор.

Марципанова занимали совсем другие мысли. Он несколько раз просмотрел запись общего поединка. Трех фавориток он выделил сразу: Демидову, Куницыну и Геру. А всего девушек восемнадцать. Ежели по олимпийской системе, то получается восемь пар и две лишние. Разумеется, лишние — фавориты, пусть подождут; Игорю Леонидовичу не хотелось наблюдать лишенное интриги избиение слабейшего сильнейшим. Но кого из троих отправить на арену? Эта доля выпала Куницыной.

Но больше всего Марципанов размышлял над участью Червяковой. Внешне Муза казалась идеалом женщины-бойца. Какая фигура, какие замечательные, большие и рельефные мускулы! Идеально проработана каждая часть тела, начиная от похожих на камень икроножных мышц, продолжая выпуклыми кубиками пресса и мышцами груди и заканчивая бицепсами величиной с кулак. Увы, внешность обманчива. В этом Марципанов убедился, когда Червякова сошлась с той же Куницыной.