— Куда катится мир? — поинтересовался голос за спиной у Джерарда. — Надо же, какая грязь на этой скамейке!

— И на столе тоже, — отозвался другой голос. Меч смахнул тарелку вместе с ее содержимым со стола на колени Джерарду, откуда она со стуком свалилась на пол.

Он повернулся и оказался лицом к лицу с парой рыжеволосых юнцов, вооруженных и ухмыляющихся. Тот, что сбросил еду со стола, еще не убрал меч в ножны. Только теперь Джерард обратил внимание на то, что рабы и слуги сидели на полу у самой двери. Он понял, где ему полагалось есть, но было уже поздно.

Предупреждал же его Гуфлак…

— На пол, раб! — произнес тот, что был повыше.

 — Собаки едят там.

Джерард прикинул свои шансы, что не заняло у него много времени.

— Я — пленник Эйледа, — заявил он. — Iс eom Ældes hæftniedling. — Эти слова советовал ему говорить в таких случаях Эйлед, только теперь он, зная язык, понял, что, хотя «hæftniedling» означает «пленник», это же слово означает и «раб» — равно как «wealh», «hæft» и «niedling». Бельцы явно не видели особой разницы между пленными и рабами, и уж во всяком случае ее не видели эти двое книхтов, поскольку глаза их при малейшей попытке сопротивления заблестели от возбуждения.

Очевидно, они видели в нем прекрасную жертву. Джерард заговорил снова, на этот раз на чуть более высокой ноте:

— Танист дал мне жилье в Сюнехофе, поскольку в моей стране я рожден фейном. Вы хотите оспаривать решения таниста? Так, значит, обращаются с гостями в Каттерстоу?

Уверенность юнцов несколько поколебалась.

— Ты брешешь, нифинг! — заявил тот, что продолжал сжимать меч; впрочем, он покосился на стол эрла, не видит ли это Эйлед.

Увы, Эйлед все еще не появлялся.

— Я убил Вейрферхфа Фюрлафинга, брата таниста, и танист почитает меня воином.

Он назначил меня своим витой, но вы оскорбили меня. Уж не считаете ли вы себя более великими, чем Эйлед Ателинг?

Книхты обменялись встревоженными взглядами. Джерард рискнул усмехнуться, надеясь, что его смех не прозвучит слишком нервным."

"— На этот раз я прощу вам ваше невежество. Вы не знали этого. Смотрите, фралли принесли еды. Садитесь, и, пока мы будем пировать вместе, фейны, я поведаю вам о том бое в Эмблпорте, когда я убил ателинга.

Им явно претила мысль сидеть рядом с чужеземцем, но и услышать историю тоже хотелось, и это желание в конце концов одолело.

Они с опаской присели на скамью слева от него, держась дальше, чем того требовали бы приличия — так, чтобы они могли отрицать знакомство с ним, если их вдруг увидят друзья.

Кризис вроде бы миновал, но рука Джерарда дрожала, когда разливавшая пиво женщина наполняла его рог, и он осушил его одним глотком. Он представился, и его собеседники — неохотно — тоже: Вульфвард Вульфвинииг и Боэтрик Гольдстанинг. Не забывая про еду, он рассказал им историю смерти Вейрферхфа.