А еще через день нагрянут фотографы и журналисты из США и Европы. Страшно даже подумать, что они будут писать, какие вопросы начнут задавать и как будут досаждать всем гостям на вилле. И, конечно, самыми главными объектами их внимания будут сын и сестра погибшей. Юхан и Агнесса. Хотя достанется и всем остальным. Тем более что, кроме самого Дронго, здесь больше нет посторонних. Все остальные знали Кристин очень давно. Ее секретарь, врач, визажист. Друг ее сестры и подруга ее сына. И больше никого нет. Кого подозревать, даже непонятно. Но он видел много погибших от огнестрельных ранений людей, чтобы ошибиться. Убийца стрелял, находясь на расстоянии трех или четырех метров от убитой. И на этом месте осталась гильза.

Дронго вернулся к погибшей. Четыре пары мужских глаз внимательно следили за ним.

— Вы что-то нашли? — спросил Линдси.

— Нет, — ответил Дронго, — ничего особенного. Обычная ракушка.

— Что нам делать? — спросил Горлач. — Оставить ее здесь или унести в дом?

— Я ее здесь не оставлю, — твердо заявил Юхан, — пусть меня потом отправят хоть на электрический стул. Я сам отнесу ее в дом. Она не должна лежать здесь, на пляже.

— Возможно, вы правы, — согласился Дронго. — Заберите тело, Юхан, и идите в дом. Я еще немного похожу здесь. Мне нужно все посмотреть.

Юхан наклонился, поднял тело матери и понес его в дом. Горлач пошел следом. Барнард оглянулся на Дронго.

— Я могу вам помочь? — спросил секретарь.

— Нет, — покачал головой Дронго, — идите с ними.

— Может, я останусь? — предложил Линдси.

— Вы тоже мне не нужны. Где вы были, когда Горлач прибежал в дом?

— Опять вы меня подозреваете? Я был на веранде. Сегодня не так жарко.

— А какой у вас размер ноги? — Дронго взглянул на обувь визажиста. У него была поразительно маленькая нога, хотя он был человеком совсем не маленького роста.

— Только сорок первый, — спокойно пояснил Линдси. — Между прочим, это последствия моего трудного детства. Сколько себя помню, мама всегда давала мне обувь моего старшего брата, которая была мне всегда мала. Я рос гораздо быстрее, но обувь у меня была очень тесной. И в результате нога только сорок первого размера. Надеюсь, вы не станете подозревать меня в том, что я хотел украсть обувь Кристин? У нее тоже сорок первый размер. Но для женщины это даже пикантно. Говорят, что Квентин Тарантино нарочно снимал обнаженные ноги Умы Турман. У нее сорок второй размер, и Тарантино считает, что это очень эротично.

— Идите в дом, — устало посоветовал Дронго, — я скоро вернусь.

Барнард и Линдси пошли к дому. Дронго еще раз прошел по цепочке следов. Интересно, что убийца вышел на Кристин с другой стороны. Но этого не может быть. Тогда выходит, что это был чужой. Цепочка следов тянулась от другой виллы. И снова уходила туда же.