Вкус подчинения
Обложка книги «Вкус подчинения»

Вкус подчинения

Любовь Попова

  • 0
(0)

В глубокой ночи Майя пробуждается от страшного сна, где слышит нечеловеческий стук в дверь, будто призрак. В реальности это лишь начало ее беспрерывной борьбы за выживание, когда каждый звук может быть знаком смерти.

О книге

Майе, медсестре, срочно требуется крупная сумма на лечение маленькой сестренки. Неожиданно ей предлагают стать любовницей миллиардера Давида Грановски. Но заранее предупреждают, что классический секс не для него. Но разве у нее есть выбор?****— Я не смогу лечь в постель с незнакомым мужчиной, — говорю еле слышно. Если честно ни с кем.— У тебя нет выбора, подруга. Твоя сестра при смерти, помнишь?— Конечно помню! Но это же называется…Продажа… Это неправильно!— Ты станешь его любовницей, а твоя сестра будет жить. Ты готова пожертвовать ею из-за своей нелепой гордости? — давит она, пока я, закрывая руками лицо, принимаю решение. Единственно верное решение.— А если я ему не понравлюсь?— Понравишься. Он любит таких, как ты, — смеется она и идет к выходу.— Каких?— С лицом жертвы.

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

— Наверное потому что из своего района никогда не выбиралась. Это Балашиха. А Леша твой один из приближенных к Андронову детдомовцев. Он всегда собирал вокруг себя таких вот психов. Коллекционировал уродов.

— Нет, ты путаешь — выпрямилась я, качая головой, и даже пересела на край автомобильного кресла, чувствуя желание вскочить и активно доказывать свою позицию. — У Леши были родители. Это точно.

Балашиха. Охренеть. Я уже и забыла почти, где провела самые ужасные часы в своей жизни."

"— Конечно были. То одна приемная семья, то другая. Всем говорили молчать о его поведении. А ты не единственная изнасилованная, кстати, — заметила Света и я резко отвернулась, потому что на меня ошеломленно посмотрела Вася. Но драмы за спиной Света не замечала. Она просто рассказывала дальше. — После тебя пошли слухи и остальные парни городского детдома постоянно их подтверждали, а Андронов все им спускал. Ему было весело наблюдать за этим зверинцем. Он любит чувствовать себя режиссером.

— Смотрю дочь от него не далеко ушла, — грустно усмехаюсь я и шмыгаю носом, наблюдая как на огромной скорости проносится лес, а солнце стремительно садится, покрывая землю плотным, сумеречным туманом.

— Это не я, это все Макс.

— Боже, это какой-то бред. Вася, почему я узнаю все не от тебя, — обиженно покачала головой Василиса. — Вечно меня держат за ребенка и все скрывают. Надоело!

Но меня больше заботила не истерика Васи. Света стала казаться до ужаса знакомой.

— Ты подсматривала, когда мы танцевали, — вспомнила я, пульнув взгляд в нашу спасительницу.

— О да, — обрадовалась Света и я не смола сдержать ответной улыбки. — Мне очень понравилось и я мечтала танцевать, как вы.

— Научилась? — спросила Вася и та кивнула, но как-то грустно. — И все-таки, почему бы нам не вернуться к Макару и Давиду.

— Так он уже приехал? Давид вернулся?! — Света снова кивнула, но мне было мало. — А откуда ты все это знаешь? Такие подобности.

____________________________________________________________________________

Глава 60

Я вся в предвкушении ждала ответ на вопрос. Я никогда не увлекалась шпионскими играми, но все что она рассказывала, было жуть как интересно.

А еще интереснее было бы написать об этом историю, а еще интереснее соблазнить Давида под видом госпожи или Мата Харри.

Столько сразу возможностей открывается для совместных игр. И конечно, потребовать от него не разглашать мое инкогнито, хотя он точно сразу меня узнает. Не может не узнать.

Или можно просто позвонить по телефону или даже заняться виртуальным сексом. Пошлые мысли о будущих играх настолько меня захватили, что я почти прослушала ответ Светланы.

— Прослушка, — пожала она плечами и заговорила с Васей. — Любую охрану можно обмануть, особенно когда они столь уверены в себе, как люди Черкашина.

Подборки для вас

Комментариев к этой книге пока нет.
Ваша оценка книге (ставится вместе с отзывом)
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив