Неужели это мог сделать Гринько? Невероятно. Самарин дрался с ним всего несколько часов назад и мог поклясться, что этот человек не владеет «ювелирной» техникой рукопашного боя. Или это. получилось случайно? Бывает ли такое?

– А вдруг случайность, Санек?

Попов повернулся и покрутил пальцем у виска:

– Димыч, у тебя определенно поехала крыша. Это невозможно, и ты знаешь это не хуже меня. Сработал профессионал. Киллер.

– Но кто…

– А вот это не мое дело. Я всего лишь медэксперт. Говорю, что и как. А решать вопрос, почему, кто и за что – это уже ваша работа.

Крыша и впрямь поехала, Гринько нанимает киллера… На какие шиши? Или он сам киллер, а тогда на путях просто придуривался, чтобы не выдать себя?.. Бред!

Чушь!

Но кто тогда мог прийти и убить Жеброва?

Самарин смотрел на затылок убитого. Он и не подозревал, что Жебров начал лысеть… Кем бы ни был неизвестный мститель, он немного опоздал. Потому что Жебров уже отдал приказание расправиться с ни в чем не повинной собакой.

«Эх ты… – подумал Самарин, обращаясь к неизвестному киллеру, – ну что тебе стоило прийти на два часа раньше… И Чак был бы жив».

Он смотрел на лежавшего Жеброва. Одной падалью на свете стало меньше."

"За четыре с лишним часа до этого на станции «Парк Победы» из метро на Московский проспект вышел коренастый мужчина в черной кожаной куртке и такой же кепке. Тот, кто хорошо знал Николая Гринько, мог бы заметить, что он страшно нервничал, и это само по себе наводило на размышления, ибо путевой обходчик со станции Бабино был вообще-то человек замкнутый и не склонный к явному проявлению эмоций – ну разве только в исключительных случаях. Видно, такой «исключительный случай» как раз и пришел…

Покинув освещенный вестибюль станции, Николай остановился на площадке у торгового городка, рядом с каким-то отодвинутым с глаз долой заброшенным и обгоревшим ларьком, и некоторое время неуверенно озирался по сторонам. В этой части города он ни разу еще не бывал. «У парка Победы, – зазвучал в памяти знакомый Митькин голос. – На Бассейной, под шпилем…»

Ну и где это – Бассейная? Не спрашивать же…

Недостроенное сооружение с колоннами, громоздившееся напротив, никакого шпиля не имело, справа и позади станции раскинулся парк… Наконец Гринько оглянулся налево. Стройное высотное здание целилось остроконечной иглой в низкие облака, подсвеченные оранжевым заревом города. На первом этаже дома был магазин; Николай разглядел вывеску – на желтом поле что-то синее, с лучами, то ли солнышко, то ли цветочек. Он нервно сглотнул и решительно зашагал в ту сторону.

Во дворе было тихо, только где-то вдалеке надрывалась сигнализация потревоженного автомобиля. Гринько выбрал точку, с которой просматривался весь двор, и остановился в потемках.