Вот старый князь оказаться в умелых ручках невестки не спешил, предпочитая лекаря на стороне…

— Никита, у вас всё в порядке? — вошла ко мне в комнату матушка.

— Абсолютно, — заверил её я.

— Как себя чувствует Ольга? Я признаться не решилась её побеспокоить.

— Всё хорошо, матушка. Было лёгкое недомогание из-за духоты в соборе, но пока ехали я обо всём позаботился. От бранного лечения бывает польза не только на поле боя.

— Вот и славно. Ей сейчас следует избегать любых волнений.

— Я помню матушка.

В итоге с трудом выставил её за дверь. Пусть лучше составит компанию тому, от кого, собственно говоря и сбежала ко мне. Ермолов ведёт осаду по всем правилам военной науки, но матушка стоит непреступной скалой. Не то, чтобы он ей не нравился, уж я-то вижу. Но она опасается преступить правила приличий, а потому не знает как себя повести. Вообще-то глупость. Ну, и первый признак того, что она уже готова к капитуляции. Впрочем, сам ухажёр тупит в не меньшей степени. Похоже романтические чувства заставляют глупеть всех без исключения, не считаясь ни с возрастом, ни с положением…

Банкет и бал прошли без эксцессов. Мы с Ольгой танцевали, и она, на удивление, сегодня обошлась без колкостей и холодности. Похоже, мой поступок в экипаже изрядно прибавил мне очков.

Глава 11

Брачная ночь

— Не думала, что это будет так утомительно, — едва мы вошли в нашу спальню, устало опустилась в кресло Ольга.

— Понимаю, — кивнув произнёс я и прошёл к столику с закусками.

— Ничего ты не понимаешь, Никита. Мне было бы не менее утомительно, будь даже на твоём месте Михаил. Это и впрямь тяжело. Все эти бесконечные поздравления, здравицы, танцы. Отчего-то каждый патриарх вассального рода считает своим непременным долгом танцевать с невестой.

— Это всего лишь дань уважения к роду Зарецких.

— Понимаю. И знаешь, меня где-то радует то, что я вышла не за Михаила. Иначе таких старичков было бы вдвое больше.

За каких-то пару минут она помянула покойного уже дважды. Б-бесит. Но с другой стороны, радует уже то, что эти воспоминания её не задевают и не вызывают грусть. Вспомнила и вспомнила, просто к месту. Всё же хорошо, что я дал ей выплакаться сразу после венчания. Недаром же говорят, что слёзы омывают душу и смывают горести.

— Однако, все девушки мечтают о пышной свадьбе, — заметил я.

— И я теперь знаю почему, — с торжественно-многозначительным видом изрекла она.

— Не поделишься своими умозаключениями, — колдуя над столиком с закусками, попросил я.

— Потому что ни одна невеста никогда не признается в том, что самый счастливый день в её жизни был невероятно утомительным. Хотя бы ради того, чтобы подтолкнуть к этому опрометчивому шагу своих подруг.

— Поведение присущее не подруге, а врагу. Съешь чего-нибудь?

— Налей мне морсу, пожалуйста.