Так подставиться… Просто капец!

Неимоверная глупость! Никогда прежде такой не встречал!

— Это мой кабинет! — стоящий на пороге мужчина продолжает возмущаться.

Он вышел отсюда несколько минут назад, я специально дожидался сидя на диване напротив двери. А потом зашел в открытый кабинет, уселся в кресло генерального директора, закинул ноги на его стол.

Мне было интересно насколько Гурин беспечен. Проверил. Убедился в своей правоте. — Требую, чтобы вы немедленно ушли!

Кричит. Пыхтит. Сверкает глазами. Он вне себя от ярости, я же остаюсь совершенно спокойным. Ублюдков живо надо ставить на место.

По данной части у меня весьма богатый опыт. Обламывал и не таких!

— Ничего не попутал? — произношу спокойно и властно.

Под взглядом моих ледяных глаз старый прихвостень тут же затыкается. Замирает. Изучающе смотрит на меня. Он удивлен.

— Я соучредитель! Тон подбирай! — продолжаю наседать на мужчину."

"Убираю со стола ноги, поднимаюсь с кресла. Обхожу рабочий стол кругом. Внимательно следя за реакцией практически уже безработного человека намеренно медленно беру раскрытую папку со стола в свои руки. С громким хлопком закрываю её.

Гурин подпрыгивает от неожиданности.

— Извиняюсь, — произносит уже совершенно иным голосом. — Вы, видимо, Матвей Валерьевич? — пытливо смотрит на меня.

— Он самый, — отвечаю. — Долго же ты соображал.

— Очень жаль, что наше первое знакомство вышло не особо лицеприятным, — проходит вглубь кабинета, занимает свой стол. — Рафаэль Закитович не предупреждал о вашем приезде, — принимается объясняться. — Иначе бы я подготовился к нему.

Уничтожил документы, запустил в шредер улики, вывез из офиса всё, что только способно скомпрометировать честное имя высокопоставленного лица.

Последовательность действий знакома до боли. Меня не удивить.

— Зачем? — ухмыляюсь. — Неподготовленным ты мне нравишься гораздо больше. Вот, например, весьма интересная сводка по одному из счетов, — достаю из папки несколько листов, протягиваю их лжецу и вору. Он принимает банковские документы из моих рук, изучает и тут же меняется в лице.

— Откуда они у вас? — спрашивает бледнея.

— Какая разница? Разве это что-то меняет? — начинаю его прессинговать.

— Нужно было запросить у меня всю документацию, — не теряет попыток выйти сухим из воды.

— Я бы пояснил каждый платеж.

— Поясняй, — киваю на сводку. — Жду.

Гаденыш понимает, что не отвертеться. Шакирову глаза замылил. Думает, что может и мне? Ну-ну! Посмотрим. Аж интересно.

Спустя долгих сорок минут бесконечных попыток что-то придумать для своего оправдания я не выдерживаю и посылаю Гурина как можно дальше. Задолбал! Сил моих больше нет. Да и времени тоже. Нужно разруливать весь тот бардак, что он натворил.

Вызываю бухгалтеров, юристов и финансистов на ковер.