Это действует мне на нервы. Время не терпит. Я должен быть на коне.

Сегодня во второй половине дня принимаю на себя обязанности исполнительного директора, с понедельника вступаю в должность генерального. Весь бизнес и все решения на пару-тройку недель будут исключительно на мне. Шакировы всей семьёй улетают на отдых. Рафаэль решил сделать подарок родным, месяц побыть только с семьёй.

Жаль, что у меня семьи нет. Та, что есть, не считается. Фигня это, а не семья! Хрень полная.

Шесть лет назад я допустил непростительную оплошность. Повелся на провокацию, поверил в тупейшую ложь.

Старый дурак! И как теперь всё исправить банально не представляю! Но знаю одно. Я не отступлю!

Порой эмоции играют с нами злую шутку. За ними мы не видим реальной картины, перед глазами вырастает пелена и отгораживает голос разума от душевных переживаний. Никогда себе не прощу, что не смог сохранить голову холодной. Что поддался. Повёлся на тупейшую ложь.

Я причинил Свете много боли и горя. Только спустя пару лет осознал насколько сильно оказался не прав. Но пути назад на тот момент были отрезаны. Мне нельзя было возвращаться в страну.

Даже телефонный звонок не совершить. Полнейшая неизвестность. Я был отрезан от дорогих моему сердцу людей.

Меня подставили. Жестко. Если б вернулся чуть раньше, то сел. И это было бы в лучшем случае! В худшем и более вероятном моё бренное тело до сих пор бы так никто и не нашёл.

Спасибо Шакирову. Разобрался в проблеме. Снял обвинения. Нашёл виновных, распутал клубок.

На это ушло шесть долгих лет. Безызвестности. Безысходности. И невозможности объясниться с любимой.

За свои ошибки в прошлом я расплачиваюсь до сих пор.

— Со Светкой когда объяснишься? — Рафаэль спрашивает глядя на меня в упор.

Хитрый плут! Знает на какие точки надавить, чтобы попасть в цель. Мне и без нотаций и расспросов хреново. Понятия не имею, как теперь поступить.

— Раф, не начинай, — не желаю обсуждать болезненную тему. — Решу сам.

Для начала я должен разобраться во всём. В причине жгучей ненависти Светы ко мне, в её ярой злости. По сути, это она бросила меня. Написала записку, передала через сестру приглашение на свою свадьбу. Даже фото прислала себя с женихом! И тут же добавила в черный список.

Я не смог до неё дозвониться. Пытался несколько раз.

Странное поведение. Не логичное. Это я понял гораздо позже. В тот момент мне было ни до чего. Я неимоверно много работал, пропадал вне дома по двадцать часов в сутки, ночевал то в офисе, то в гостинице, то даже в машине. Был полный завал. Я работал на износ. А потом наступил армогедец.

— Смотри, потом может стать поздно, — Раф не успокаивается, сыплет соль на кровоточащую рану. Отпивает кофе, изучает меня.

— Раф, не влезай, — предупреждаю.