Ну и остается последним Костя Волжанин, дворянин из донских казаков.

— Мне место старосты даром не сдалось, но я не хочу никакой союз, — сразу заявляет загорелый парень, скрестив руки на груди. — Так что идите куда шли, московские! Я сам вырублю Фирсова, утритесь!

Я грустно вздыхаю. Опять придется применять метод устрашения.

— Константин, оглянись, — киваю я казаку на угрюмых одногруппников. — Нас четверо. У каждого из нас есть мотивация сделать меня старостой. Митовичи хотят попасть на черноморский съезд. Стяжков, как настоящий друг, болеет за меня всей душой, — от услышанного у Стяжкова глаза на лоб полезли, но я проигнорировав, продолжаю доносить до казака свою мысль. — Ногайцеву надоело бегать по лесам и ему не терпится закруглиться. Ну а ты сейчас хочешь подвести своих товарищей, притом тебя совсем не интересует место старосты. Думаешь, одногруппники тебя простят? — я внимательно смотрю в глаза Волжанину. — Нам ведь еще не один год учиться вместе, и мы просто не будем…

Костя вдруг сглатывает и отводит в сторону взгляд. Не знаю, что он себе там напридумывал, но дрожащим голосом выдает:

— Ладно-ладно, ваша взяла. С вами пойду бить Фирсова.

Вау. Похоже, он себя знатно накрутил, а я ведь только хотел добавить, что всего лишь не буду помогать ему с домашкой, как Волжанин меня прервал. Но переубеждать казака не буду. С ним всяко легче окружить Фирсова.

— Отлично, почти все в сборе. Но как мы поймаем Фирсова? — спрашивает рыжий Степан Ногайцев. — Телепатическое сканирование его не находит.

— Дай подумать, — бросаю я, а сам включаю энергосканирование и отыскиваю Фирсова на пути к Смородиной. — Эх, Степан, пока не знаю. Пойдемте что ли еще раз к Смородиной, может она всё же захочет к нами присоединиться — вон сколько нас собралось! Возможно, по дороге придет в голову какая-нибудь идея.

И мы двигаемся к Екатерине. Сначала я не тороплюсь, чтобы не вызывать подозрения у Фирсова, но потом велю группе ускориться. Мы почти прибыли, когда Устранитель уже приблизился к Смородиной. В это время он зачем-то решил показаться и на телепатическом сканере. Но Екатерина по-прежнему не видит учителя. Видимо, ее сканер направлен совсем в другую сторону.

— Бегом! — кричу парням и срываюсь с места. Группа без вопросов следует, не отставая. К счастью, мне удается мысленно дотянуться до одногруппницы:

«Кать! Фирсов на шесть часов!».

«Кать?!» — в ее мысленном восклицании звенит искреннее недоумение.

«Шесть часов! Мы идем к тебе на подмогу» — на этом предложении обрываю диалог.

Листва раздвигается в стороны, и наша группа вываливается на широкую поляну. Очень вовремя. Фирсов уже вышел из сени деревьев и точно атакой свалил с ног Смородину. Причем лилового блеска псионики я не увидел.