Когда по ним наконец-то устремляется течение Океана Душ, то ощущаю удовлетворение пополам с бешеной усталостью. Теперь мои люди быстро придут в себя. Лечение пошло полным ходом.

Резко налетает зевота, глаза слипаются. Какие у меня еще сегодня дела? Разговор с Охранкой? Подождут пару часиков.

Позевывая, я ложусь на кровать Гепары и утыкаюсь лицом в подушку. Мм, розовые простыни с котятами. Мило.

Под мягкими касаниями Астрала я засыпаю и проваливаюсь в безмятежное Царство снов.

* * *"

"Камила всё это время не покидала флигель. Брюнетка следила, что Даня делает. Она не могла чувствовать потоки психической силы, это подвластно только телепатам, но ощущала изменения в состоянии гвардейцев. Иногда она подходила то к одному бойцу, к другому и с удивлением замечала улучшение жизненных показателей: частоту сердечных сокращений, оказываемое на мозг давление, количество углекислого газа на выдохе… Стабилизация признаков указывала на то, что психическое состояние бойцов приходит в норму и поврежденная нервная система восстанавливается. Камилу это заставляет задуматься. К сожалению, Целители не способны вылечить все недуги, но, как оказалось, во время совместной работы с носителями других Даров их возможности увеличиваются. Почему же это открытие не берут на вооружение Целительские гильдии? Почему в их лучших больницах еще нет бригад из разнородных магов? Камила хорошо изучала вопрос современной медицины, ведь она решила поступать на факультет Целителей, но никогда не слышала о подобной методике лечения. Зато Даня только что ее реализовал экспромтом.

Когда Даня завершает свои сакральные манипуляции и, обессилев, ложится на кровать, брюнетка подходит ближе к своему жениху. Его лицо впервые за истёкшие сутки стало безмятежным, словно у ребёнка, несмотря на мужественные скулы и резкие черты. Такой спокойный, такой мирный…

Поддавшись стихийному порыву, Камила наклоняется над женихом и целует его в губы.

— Отдыхай, мой суженый, — тихо произносит девушка. А затем стараясь не шуметь, на цыпочках покидает флигель.

* * *

— Рассказывайте да покороче, — велит Царь Борис, заходя в кабинет для совещаний. За большим деревянным столом сидят несколько ближайших советников Государя, в том числе Владислав Владимирович. — Как там Аарон? Живой в итоге?

Царь садится на главное место и смотрит выжидательно.

— Хм, Грандмастер Стяжковых живой, — отчитывается Владислав. — И теперь относительно здоров. Раны ему залечили, но с рассудком ничего уже не сделать. Его память полностью вычищена. Он больше не воин, а недееспособный индивид с развитыми каналами и большим накопителем, но без понимания как ими пользоваться… Да чего уж там, он даже читает с трудом.

— Мда, Вещий наделал делов, — хмурится Царь Борис.