Но тут появились вы, и нам необходимо поговорить с вами.

– Где моя конфета? – спросил Федя, входя в комнату. – Воду я принес. Ой! Папа!

– Ой, папа! – передразнил его старший Круглов. – Собирайся, поедем.

– Куда? – испугался отпрыск.

– Туда! – гаркнул отец. – Домой! Мать беспокоится.

– Нам надо с вами побеседовать, – напомнила я.

– Ну, не тут же балакать, в грязи и холоде, – поморщился Круглов. – Лучше у нас с Таней дома.

Глава двадцать вторая

– Пейте чаек, – радушно предложила полная женщина, – не магазинный он. Травы в нашем огороде растут. Ватрушки берите, творог свой, от нашей коровки.

В городе такой не попробуете.

– Это точно, – сказал Энтин и взял булочку. – М-м-м! Очень вкусно. Как у бабушки в гостях.

– Угомонись, – велел Татьяне муж, – дело у них к нам насчет Феди.

Таня перекрестилась.

– Господи, спаси и помилуй. Чего он натворил?

– Пшикнул в лицо Евлампии тараканьей отравой! – объяснил супруг.

Хозяйка закрыла лицо руками.

– О боже! Он не виноват! Ум потерял!

Энтин спросил:

– Федор страдает каким-то заболеванием? Он с младенчества такой несообразительный? Или травма была?

Таня махнула рукой.

– Вообще-то он наш племянник, Федю моя сестра родила и вскоре умерла. Он нам с Витей сыном стал. До тринадцати лет мальчик был как все. А потом раз – и стал дураком! Он пропал. Две недели его искали. А уж когда стало понятно, что Федя просто…

– Безумный! – перебил ее Виктор. – Вот тут теща водку стала в себя лить! Живо спилась! Бегала по деревне голой, чертей ловила и померла.

– Мы не жалуемся, – остановила его супруга, – теперь стали фермерами. Держим стадо коров, производим творог, масло, сыр. Имеем три точки на рынках. Расширяться не хотим, нам денег на все хватает.

Работаем без обмана. Сыр у нас честный. Да вы попробуйте.

Таня пододвинула блюдо ко мне поближе.

– Некоторые выдрючиваются, моцареллу делают, камамбер, рокфор. А мы технологии изучили и поняли: моцарелла – красиво звучит, но у нас она такой, как надо, никогда не получится. И на хрена сыр с плесенью? Его мы точно не сделаем. Наш народ то, что за границей популярно, не очень берет. Дорого людям, непривычно.

– Мы взяли рецепты, которые в советские годы были придуманы, – уточнил Виктор, – российский, пошехонский, голландский, пикантный, костромской.

Вот их и производим. Продукт на выходе отличный получается, он для наших людей придуман, вкус им с детства знаком. Цена приемлемая. Нет отбоя от покупателей.

– Не жалко Феде еды, – повторила Таня, – и одежду ему купим, и обувь, и живет он в хороших условиях. Нет бы ему тихо сидеть, нам по мере сил помогать. Так вечно удирает в проклятый лес! – всплеснула она руками. – Будто медом ему там намазано! Орудует ловко, тихо. Велю Феде огурцы собрать или, как сегодня, дорожки от снега почистить.