– Тише, Вава, – шептала Николетта, – сейчас будет самое чудесное…

Но я уже не слышал ее, потому что узрел в конце концов сладкую парочку, ради которой и был устроен весь трамтарарам.

На круглом столе, на подносе, на роскошной салфетке из настоящего вологодского кружева стояли… Нет, не фигурки для украшения торта, не марципановая парочка, а два достаточно тучных хомячка. Один был облачен в некое подобие фрака и имел на голове крошечный, явно склеенный из бумаги цилиндр. Второго хомячка нарядили невестой: юбка с воланами, кофта с короткими рукавами, откуда высовывались крохотные лапки, и фата до пола, простите, до подноса.

Жорж осторожно взял «молодую жену».

– А она миленькая, – во всеуслышание заявил «свекор».

Грянул общий смех.

– За здоровье молодых! – прокричал Пусик. – Горько!

– Горько! – подхватили остальные.

Я увидел в углу свободное кресло и упал в него, пытаясь прийти в себя. Мне и в голову не могло прийти, что я приглашен на торжество к грызунам.

Церемония тем временем продолжалась. Очевидно, все гости, кроме меня, знали, куда идут, потому что начали осыпать Зизи и Зузу подарками.

– Здесь деньги на новый трехэтажный дом, – заявил Пусик, кладя на поднос конверт, – я видел его в зоомагазине.

– А я дарю набор корма, – взвизгнула Мака.

– Шампунь, – заорала Мока.

– Когтерезки!

– Шикарные французские витамины!

– Мешок сухофруктов.

Я, наконец, пришел в себя, продефилировал среди развеселившихся гостей и направился к Николетте.

– Ах, Вава, – простонала маменька, – как красиво! Свадьба, шарики, пир горой, подарки. Ну когда мне привалит такое счастье?

– Ты уже замужем, – напомнил я.

– Мне нужен не супруг, а праздничная церемония, – надулась Николетта, – может, ты женишься?"

"– Если на Зизи, то хоть сейчас, – улыбнулся я, – именно такую жену я искал всю жизнь: молчалива, домовита, много не съест и шубу не потребует, благо обладает от рождения собственной!

– Ирод, – стукнула меня по руке Николетта, – скройся с глаз!

Посчитав последнее заявление разрешением покинуть церемонию, я поцеловал маменьку в щеку, развернулся и услышал за своей спиной шепелявый голос главной сплетницы России, старой девы Татьяны Гавриловны:

– Скажи, Нико, это правда, что Вава теперь живет с неким Сашей, шофером-дальнобойщиком, который доставляет в Москву из Америки сушки?

Ответа маменьки я не услышал, вжал голову в плечи и поспешил в прихожую, по дороге шепнув Леве:

– Жду тебя в машине, поторопись!

– Ща, – кивнул внук Варвары, отчего-то он был потным, красным и излишне возбужденным.

Я вышел на улицу, открыл дверцу автомобиля, сел на свое место за рулем и запоздало удивился.