Я сделала благое дело – избавила ребенка от ужасной жизни!

У Евгения не нашлось слов, чтобы возразить Асе Михайловне, он просто вызвал конвойного и велел увести «добрую» старушку.

Наташу отпустили на свободу, ей могли предъявить обвинение в проживании по чужим документам, но ограничились лишь порицанием в кабинете следователя.

Деньги Риты, из-за которых свершилось столько преступлений, вернулись к семье Альварес, таково было решение судьи.

Николаша избежал наказания, да он и на самом деле ничего не делал, отсиживался в своей комнате и потом твердил:

– Ничего не видел, ничего не слышал, ничего никому не говорил.

Свету обвинили в лжесвидетельстве, дали ей небольшой срок и тут же, прямо в зале суда, освободили.

Татьяна Карловна сидит в сизо, следствию предстоит разобраться со всеми черными делами, которые творились в агентстве по найму прислуги. Евгению надо найти все семьи, в которых служила «нянечка», и проверить: живы ли подопечные Олежко.

Ангелина Степановна скончалась от сердечного приступа, Валентин умер при самых загадочных обстоятельствах.

Когда я поинтересовался у Евгения, как идет следствие, Женя напряженным тоном ответил:

– У меня забрали дело!

– Кто? – поразился я.

– Бывают такие ситуации, – обтекаемо ответил он, – иногда приходят некие люди в черном и уносят все материалы следствия. Баба с возу, кобыле легче. Кстати, мне тут в голову пришла одна мысль. Ася Михайловна ведь тщательно следила за «Ладой», но она не заметила признаков любви между невесткой и секретарем сына. Почему? Да потому, что связи-то не было. Они ведь брат и сестра! Пойми я это раньше, быстрее дорылся бы до истины.

Накануне Нового года я решил отправиться за подарками.

Выбор презентов всегда является для меня сложным делом. Впрочем, для Макса и Жени я легко нашел сувениры, купил им по бутылке коньяка, не было проблем и с Ленкой, ей должна понравиться коробка конфет, на крышке которой изображена девочка со щенком. Леве я, с зубовным скрежетом, приобрел брючный ремень, конечно, не такой дорогой, о каком мечтал внучок, но очень и очень приличный. Но вот что преподнести Николетте?

Слегка поколебавшись, я зашел в парфюмерный магазин, выбрал самую большую упаковку любимых духов Николетты и начал осматривать полки с мужским парфюмом. Поскольку Николетта обзавелась мужем не так давно, я постоянно забываю про отчима-олигарха, а это, согласитесь, неприлично! Может, купить ему вон ту склянку диковинно-изогнутой формы?

Я протянул руку к флакону и неожиданно услышал до дрожи знакомый тенор, произносивший слова чуть нараспев, с сильным аканьем.

– Девушка, духи «Ланком», вон те, новинка?

Я вздрогнул, вместо «л» в начале слова «Ланком», незнакомец произнес «в», получилось «Ванком».