Жена Ивана Павловича не собиралась никому открывать тайны, но потом в семье произошла трагедия: Евгений умер от инсульта. Скончался он в разгар спора с сыном Валентином, отец начал ругать мальчика, а тот заплакал и завизжал тонким, сильным, совсем не детским голосом.

– Пааапааа! Я не винооовааат!

Евгений схватился за голову и умер, милиция сочла кончину Олежко естественной. Ангелина, проведя неделю без сна, вынула из тайника предсмертное письмо Ивана Павловича и отдала его Татьяне Карловне.

– Что же нам теперь делать? – пугается Татьяна, прочитав послание отца.

– Рассказать Вале правду, он должен ее знать, – говорит бабушка.

Татьяна Карловна отправилась к сыну, не успела она переступить порог комнаты, как подросток зарыдал.

– Мама, я не нарочно! Он хотел меня ремнем выдрать! Ни за что! Это же просто кошки!

– Кошки? – переспросила мать. – О чем идет речь?

И Валя начал каяться. Оказывается, он давно заметил, что умеет проделывать всякие штуки голосом. Ученик Олежко мог легко сорвать урок литературы, стоило ему на повышенных тонах задать училке вопрос, как Ольга Сергеевна хваталась за виски и убегала в медпункт.

– Ты, Олежко, настоящий кот Баюн, – в сердцах заметила как-то раз Ольга Сергеевна, – слышал про такого?

– Нет, – признался мальчик.

– Это герой русских народных сказок, – пояснила Ольга Сергеевна, – милый котик, послушным детям хорошие истории рассказывает, а плохим такую песенку поет, что они умирают.

– Не Баян, – воскликнул я, – Баюн! Он себя так со школьной поры называл!

– Точно, – согласился Женя, – кличка прилипла, она понравилась Валентину, вроде ласковая, но суть мало кто понимал. Это была самая страшная тайна Валечки, умение убивать голосом, он его отточил до филигранности. Сначала тренировался на бродячих кошках, кстати, за этим занятием его и застал отец. Женя не понял, каким образом сын наносит вред животным, но сообразил: тот уничтожает невинных мурок, и хотел выдрать мерзавца ремнем. И тут сын закричал от ужаса! Во всяком случае, именно страхом перед наказанием Валя объяснил матери свой вопль."

"Татьяна Карловна категорически велела сыну, в прямом и переносном смысле, молчать, а потом стала использовать его дар. Ни одна живая душа не знала, каким образом «нянечка» убирает детей, заказчики полагали, что она читает заговоры, а на самом деле Татьяна Карловна в нужный момент звонила Валентину и подносила телефон к уху обреченного.

– Слушай внимательно, – ласково ворковала она, – сейчас тебе кот Баюн сказочку споет.

– Телефон! – закричал я. – Он это проделывал на расстоянии! И Олеся, и Маша беседовали с кем-то в минуту кончины.

– Знаешь, как он убил младшую Беркутову?

– Нет, – прошептал я.