– И денег нам не надо, – воскликнул брат, – мы вполне способны заработать сами!

– Не могу я вас бросить, – заплакала Рита.

– Успокойся, – захлопотала Наташа, – будем потихонечку встречаться.

– Вряд ли Юрий к тебе слежку приставит, – добавил Федор.

– Ты его любишь? – спросила Ната.

– Больше жизни, – прошептала Рита, – ну и идея взбрела Юре в голову! Просил даже не упоминать ваших имен! Боится реакции Аси Михайловны!

– Ерунда, – воскликнула Ната, – мы найдем способ общаться!

На свадьбу Рита никого из родственников и прежних знакомых не пригласила. Теперь она звонила Нате и Федору не с домашнего телефона и не с мобильного, а из таксофона. Изредка Маргарите удавалось встретиться с братом и сестрой, из посторонних она общалась только с Ладой, да и то их свидания походили на встречу шпионов.

А потом Рита умерла.

О смерти любимой сестры Наташа узнала не сразу, забеспокоилась она лишь после месячного отсутствия Риты. Обычно старшая сестра раз в неделю делала контрольный звонок, сообщала:

– У нас все в порядке, а у тебя?

Здесь же связи не было тридцать дней. Вначале Ната подумала, что Шульгин увез супругу отдыхать, но чем дольше не было звонка, тем сильнее она нервничала.

В конце концов она решилась звякнуть сестре, мобильный оказался отключен, что совсем обеспокоило младшую Альварес. Поколебавшись несколько суток, она осмелилась набрать домашний номер, ответил звонкий женский голос:

– Алло.

– Вас беспокоят из бутика «Алькопе», – бойко затараторила Наташа, – мы подшили брюки для госпожи Маргариты Шульгиной, она может приехать за готовым заказом.

– Нет-нет, – испуганно воскликнула собеседница, – оставьте заказ себе!

– Но это невозможно, – старательно изображала продавщицу Ната, – вещь оплачена. Сделайте одолжение, подзовите к трубочке госпожу Шульгину.

– Она не может ответить.

– Когда я могу перезвонить?

– Рита умерла, – прошептала женщина, – вы разговариваете с ее невесткой, Светланой.

– Ты с ума сошла, – забыв о роли продавщицы, воскликнула Ната, – она же молодая!

Но Светлана не насторожилась, услышав это замечание.

– Нет нашей Риточки, – заплакала она, – инсульт у нее случился, похоронили мы ее на Митинском кладбище, скоро сорок дней. Не беспокойте нас больше, хорошо, что на меня попали, муж и мама не могут о Рите говорить, им сразу плохо делается!

Лада замолчала, я тоже не произносил ни слова.

– Это все, – выдавила из себя Ермолаева.

– Вы не договорили!

– Так больше мне вам сообщить нечего!

– Зачем приезжала Наташа?

Лада замялась, потом махнула рукой.

– Паспорт мой попросила.

– И вы его ей дали?

– Да.

– Не спросив, по какой причине той понадобился документ?

Ермолаева пригладила и без того аккуратную прическу.