В истерику не впадаешь, манерам обучена, красива… Темные таких любят.

Вейн внимательно разглядывала его лицо. Глаза цвета меда сейчас вовсе не казались теплыми, напротив, в них горел жестокий и опасный огонек.

— А если я скажу, что мне это не подходит? — тихо спросил она.

Он быстро скользнул к ней и склонился над лоханью, уперся руками в бортики и навис над ней, так что девушка вздрогнула от неожиданности.

— Я ведь предлагал тебе выбор, принцесса, — нарочито мягко проговорил он. — Ты его сделала. И теперь либо со мной, либо…

— Убьешь меня? — спросила она.

— Да.

Они застыли, рассматривая друг друга.

— Тогда тебе стоит запомнить, что девушкам нужно иногда оставаться одним, Охотник. Например, когда они моются, — с вызовом ответила Вейн.

Он усмехнулся, и опасный огонек в его глазах погас. Медленно осмотрел ее тело, белеющее в темной воде. И выпрямился.

— Я постараюсь это учесть, Путница.

Дир вышел за ширму, и Вейн с облегчением вздохнула. Домывалась она уже в одиночестве.

— Дир, скажи, все эти служки… они ведь мертвые? Личи? Они словно куклы без души, так ужасно… — спросила Вейн, когда вошла в комнату.

— Такими становятся эри, когда лишаются Света жизни, — пожал плечами Дир. Он разделся полностью, не смущаясь ее присутствия. Вейн отвернулась, но слушала внимательно. — Всех эри ждет судьба такой вот прислуги без жизни и души. Они становятся пустой оболочкой, рабочей силой для Темных.

В его голосе проскользнула горечь и давняя затаенная боль. Вейн быстро посмотрела на него через плечо. Снова медовые глаза застыли, словно он смотрел на что-то, видное лишь ему.

Да, у каждого в Темном мире своя история. И свои потери. И делиться ими здесь не торопятся.

— А как ими управлять? Разве оболочка разумна?

— Ими может управлять хозяин. Темные порабощают тела с помощью магии. Очень удобно. Бесконтрольные личи опасны, бросаются на все живое, разрывают плоть. Особенно свежие. Наверное, где-то внутри них сохраняется память о теплой плоти, о крови и жизни. Вот и рвут живых, пытаясь возродиться… Но под контролем Темных они не опасны.

Вейн вспомнила девушку-лича в доме Арта Лучезарного и чуть нахмурилась. Но ведь она помогала Путнице! Услышала ее мысленную просьбу? Но разве такое возможно? Ладно, с этим разберемся позже.

— Куда мы теперь отправимся?

— За наградой, — ухмыльнулся Дир и скрылся за ширмой. Какое-то время плескался там и что-то мурлыкал себе под нос.

Ужинали они у себя в комнате. Охотник сказал, что не стоит им привлекать к себе внимание. И спать пришлось на одной довольно узкой кровати. Но Дир улегся, завернувшись в плащ, и, помявшись, Вейн устроилась рядом. Она уже поняла, что свои моральные принципы ей придется пересмотреть.

* * *Утро началось с сопения в ухо.