Геральт приподнял брови.

— Повозка с телом Хольта, — префект уставился в потолок, — с завтрашнего утра будет стоять за воротами тюрьмы в ожидании людей из Бан Арда. Некоторое время, даже довольно долгое время, повозка эта будет совершенно без присмотра. Может статься, что кто-то эту повозку присвоит, такое случается. Магам из Бан Арда такого объяснения должно хватить. Более того, придётся им этим довольствоваться.

Геральт молча поклонился.

— Префект...

— Слушаю.

— И всё же... У меня всё время такое чувство, будто вы ко мне скорее благосклонны, чем враждебны. Меня это немного.

..

— Удивляет? — Эстеван Трилло да Кунья слегка улыбнулся. — Что ж, я собирался это скрыть, но, возможно, будет лучше, если, отправляясь в дальний путь, ты поймёшь, какую пользу приносят оказанные кому-то услуги. Говорят, что добро возвращается добром. Мастер Врай Наттеравн недавно лечила мою дочь. И замолвила за тебя словечко. Прощай, ведьмак. Удачи в пути.

Глава восемнадцатая

Сладка месть — особенно для женщин.

Лорд Байрон, «Дон Жуан»

Глава восемнадцатая

Последним пристанищем Престона Хольта стал край леса у неглубокого оврага, под большим раскидистым тисом с потрескавшимся стволом.

Это было не слишком далеко от тюрьмы, у ворот которой, как и обещал префект, на рассвете ждала тележка с завёрнутым в полотно телом. Геральт тащил тележку несколько часов, сколько хватило сил, пока не ослаб. Плотва не могла ему помочь — будучи верховой лошадью, она ни за что не позволила бы запрячь себя в повозку. Так что Хольта похоронили под тисом, в первом месте, которое показалось Геральту подходящим.

Могилу Геральт ничем не обозначил. Только насыпал холм из камней, которые частично выкопал, а частично собрал поблизости.

Он сидел возле могилы почти до заката, размышляя о том и о сём. Смотрел на исчезающую в лесу дорогу.

Дорогу, ведущую на юг.

После чего вскочил в седло и погнал Плотву.

Дорогой на север.

***

Меритксель подтянула подпругу, поправила суконный чепрак и расположение вьюков, похлопала коня по шее. Обернулась, услышав невнятное бормотание и ругань.

— Что такое, Бо?

— Чтоб их всех! — процедил сквозь зубы входящий в конюшню Борегар Фрик. — Всё меньше мне по нраву служба у этой чёртовой старухи. Мало того что скупая, так ещё и.

.. Не позволю я, чтоб меня, проклятье, недотёпой обзывали. Понемногу с меня хватит.

— Хорошо, что понемногу, — Цибор Понти потёр искривлённый нос. — Потому как, по правде сказать, выбора у нас как бы и нет. Маркиза прикрывает наши задницы. А выгонит со службы...

— То нас в два счёта охотники найдут, — закончила Меритксель. — За наши головы награда назначена, запамятовал?

— Не запамятовал, — Борегар Фрик вскочил в седло. — Но осточертело мне с опущенной головой слушать, как меня кто-то недотёпой величает.