Оба были более чем нетрезвы, нетвердо стояли на ногах, бились о бока лошадей и перекладину установленной перед заезжим двором коновязи.

– А нам обязательно туда входить? – спросил Лютик. – Внутри этого, хе-хе, «заезженного дворца» может оказаться множество столь же милых отроков и отроковиц.

– Я условился здесь. Забыл? Это и есть заезжий двор «Под пастухом и квочкой», о котором говорилось в табличке на Древе Познания Добра и Зла. На дубе том.

Светловолосая девушка согнулась снова, рыгнула спазматически и весьма обильно. Кобыла громко фыркнула и дернулась, повалив хозяйку и протащив ее через рвотину.

– Ну, чего таращишься, лаптежник? – пробормотал один из парней. – Ты, седой мерин?

– Геральт, – шепнул, слезая с лошади, Лютик. – Пожалуйста, не наделай глупостей.

– Не боись. Не наделаю.

Они привязали лошадей к коновязи по другую сторону ступеней. Парни перестали обращать на них внимание, принялись ругать и поносить проходящую по улице горожанку с ребенком. Лютик бросил взгляд на лицо ведьмака. То, что он увидел, ему явно не понравилось.

Первое, что бросилось в глаза после того, как войдешь в помещение, было объявление: «НАЙМУ КУХАРЯ». Второе – большая картина, намалеванная на сколоченном из досок щите, изображающая бородатое страховидло с окровавленным топором в руках. Подпись гласила: «КРАСНОЛЮД – ЗАСРАННЫЙ КАРЛИК ПРЕДАТЕЛЬСТВА».

Лютик опасался не без оснований. Практически единственными гостями заезжего двора – кроме нескольких достаточно набравшихся пьянчуг и двух тощих проституток с синяками под глазами – были несколько одетых в сверкающие кнопками кожи «отроков» с мечами на спинах. Их было восемь, обоего полу, но шум от них стоял как от восемнадцати. При этом они всеми силами старались перекричать и пересквернословить друг друга.

– Узнаю вас и знаю, кто вы такие, господа, – сказал хозяин, едва их увидел. – И есть у меня для вас сообщение. Вам надобно отправиться в Вязово, в корчму «У Вирсинга».

– Ооо, – повеселел Лютик. – Это славно.

– Кому славно, тому славно. – Хозяин снова взялся протирать фартуком кубки. – Брезгуете моим заведением? Воля ваша. Но я вам скажу: Вязово – краснолюдский квартал, нелюди там обретаются.

– Ну и что с того? – прищурился Геральт.

– Оно конечно. Вам, может, и все равно, – пожал плечами хозяин. – Потому как тот, что вам известие оставил, краснолюд был. А ежели вы с такими якшаетесь… ваше дело. Ваше дело, чья вам компания мильше.

– Мы не особо привередливы в смысле компании, – бросил Лютик, движением головы указывая на орущих и хватающих друг друга за грудки мальчишек в черных курточках с перевязанными платками прыщавыми лбами. – Но такая, как эта, нам не очень по душе.

Хозяин отставил протертый кубок и окинул их неприязненным взглядом.