— Теперь вы готовы, госпожа, — выдохнула довольная Нирелла. — Пора идти! Только как выйдете из особняка вам нельзя говорить, пока не закончится ритуал.

— Хорошо, — волнение охватило меня. А мысли о вещем сне не давали покоя.

Мы направились к храму. У выхода из дома я встретила Криспирию. Улыбка до ушей. В такой же белой тунике, как у меня, только по её размеру. Девчушка приложила указательный палец к губам. Я кивнула ей в ответ и тоже приложила палец к губам, солидарность в молчании.

В полной тишине мы дошли до храма. Солнце бликами отражалось от стеклянного купола.

В самом воздухе витал дух праздника. Вокруг храма столпились ведьмы из всех кругов, кроме первого, конечно. Родственницы, наверное, уже внутри.

Мы зашли в обитель богини. Зал блистал чистотой, и аромат цветов бил в ноздри, венки и просто вазы с цветами украшали стены. Посередине бассейн — алтарь тоже украшен гирляндами из живых цветов. Вдоль круглой стены стояли ведьмы из первого и второго круга, я так подозреваю, бывшие жительницы особняка. Здесь же стояли и преподавательницы школы.

На троне восседала верховная жрица.

В тонком шелковом платье, на голове у неё красовалась остроконечная диадема.

Меня и Криспирию подвели к бассейну. Две служительницы в светло-серых платьях встали рядом.

Олинирия, оперевшись на серебристый длинный жезл, встала с трона.

— Рада всех приветствовать на празднике перерождения богини Эраллии!

В ответ подданные подняли руки вверх, держа по цветку, и потрясли ими в воздухе.

Жрица ударила жезлом о пол, что мягкая вибрация прокатилась по залу. И мелодично запела песню о жизни Эраллии. Голос у неё довольно хороший, певучий.

Она медленно шла вдоль зала, оглядывая подданных. Жезл в её руках засветился тусклым светом, но с каждым пропётым словом он разгорался сильнее, и от набалдашника в виде перевернутой капли пошел серебристый шлейф магии. Магия отходила в стороны, накрывая ведьм, а те закрыв глаза, впитывали энергию.

Жрица таким образом прошла круг, обогнув бассейн. Остановившись, она закончила петь, но её жезл продолжал светиться.

— Сегодня две морские дщери получат благословение Эраллии, — громко сообщила жрица. Она посмотрела на Криспи.

— Криспирия, ты готова?

Девчушка подошла к бортику бассейна, встала на колени и склонила голову.

Олинирия подняла жезл и опустила его в воду, отчего она засветилась серебристым светом.

— Благословляешь ли ты Справедливая Эраллия дщерь свою Криспирию?

Вдруг ручеек воды поднялся из бассейна и направился к девочке. Он окутал её шею несколько раз, как шарф и тут же спустился обратно в алтарь. А на шее Криспи красовался медальон из белого золота в виде капли, посередине которого мерцал камень светло-голубого оттенка.