И вы меня задерживаете.

—  Сеньор Ирвин, я сожалею, однако беглянка…

—  Подол! —  это уже голос Фирса. —  Она под сиденьем!

Конец…

—  Сеньоры, —  голос Ирвина звучит ещё холоднее, —  у вас есть судебное постановление на задержание синьорины?

Страж молчит.

—  Она моя невеста, и я требую…, —  а Фирсу не хватает ума промолчать.

—  Это тут ни при чём! —  вскидывается страж. —  Девушка одна в чужом городе, без документов. Синьорина нуждается в помощи.

—  Покиньте. Мой. Экипаж.

Страх не улетучивается полностью, но отступает. Пока Ирвин рядом, мне нечего бояться. Я осмелеваю настолько, что сдвигаю накидку, чтобы видеть происходящее. Не вылезаю по одной единственной причине —  много чести позволить Фирсу лицезреть, как я ползком выкарабкиваюсь из щели.

Женишок всё никак не уймётся:

—  Но Лейсан…

Наверное, осознание, что вот они, денежки, только руку протяни и до храма дотащи, перевешивает здравый смысл. Ничем иным я не могу объяснить, что он пытается ухватить меня за лодыжку.

—  Кра! —  Сквозя, мой герой, обрушивается сверху, когтями вцепляется в волосы, бьёт клювом прицельно по темечку.

Ирвин оказался на проспекте подозрительно вовремя. Вспомнить, что, куда и как ехать, кучеру командовал Сквозя, вывод напрашивается сам собой. Сквозя за мной приглядывал, и в нужный момент позвал Ирвина на помощь. С меня мешок кешью.

Фирс упрямо тянется. Ирвин без затей вытягивает ногу и наступает Фирсу на ладонь. Не настолько сильно, чтобы раздавить или сломать кости, но ощутимо. Фирс с воем пытается вырваться, зовёт на помощь стража, но тот, под шумок, убрался, будто его и не было. Ирвин пинком скидывает Фирса с подножки и захлопывает дверцу.

—  Домой! —  командует Сквозя снаружи.

Экипаж трогается.

—  Спасибо, —  так странно благодарить, глядя на собеседника из-под сиденья.

—  Вам там удобно, синьорина? —  усмехается Ирвин.

Фыркнув, я выбираюсь.

Ирвин подаёт мне руку, помогает сесть. Я устраиваюсь слева от него, у окна. Между нами небольшое, но расстояние. Диванная подушка поместилась бы. Ирвин прищуривается и грациозно-тягуче придвигается настолько близко, что я чувствую себя зажатой в угол. Ирвин ничего не делает, просто смотрит мне в глаза. Я уверена, стоит мне сказать, он отодвинется и уж точно не будет к чему-либо принуждать.

Я сглатываю и подаюсь вперёд. Каждая уважающая себя принцесса целует спасшего её принца, верно?

Я зажмуриваюсь. Сейчас я коснусь его губ своими.

Ничего не происходит, Ирвин уклонился. Я разочарованно распахиваю глаза. Ирвин ухмыляется:

—  Синьорина, оказывается, я многого о вас не знаю. Как же вас зовут на самом деле Иветта-Лейсан? Какие ещё секреты и имена вы скрываете?

Слишком трезвый внимательный взгляд. Промолчать не получится.