Если бы я сейчас повелась и продала, Ирьяса наверняка донесла бы в мэрию или шантажировала.

—  Иветта, при чём здесь модный дом? Я прошу продать."

"—  У меня нет торговой лицензии, Ирьяса. Я соблюдаю закон.

—  Я по-соседски прошу, как ведьма ведьму, а ты…

Угу-угу.

Я достаю из саквояжа баночку с розовой помадой. На крышке легко читаемая надпись: “Пробник. Не для продажи”.

—  Ирьяса, сперва просто посмотрите подходит ли вам консистенция и цвет. Возвращать не обязательно.

—  Ты смеешь предлагать мне помаду после кого-то? Пользованную?!

—  Нет, пробник абсолютно новый.

Но Ирьяса предпочитает не услышать.

—  Возмутительно!

Она уходит, громко хлопнув дверью.

Что же, сама виновата: если в начале я думала отложить выкуп дома до праздника, то теперь распрощаться с Ирьясой в приоритете.

Я прячу пробник обратно в саквояж и спускаюсь в подвал работать. Я и так-то не представляла, как успеть к открытию, так ещё и ведьма отвлекла. Но несмотря на мелкие неурядицы настроение ползёт вверх и я предвкушаю —  завтрашний день обещает быть ещё более волнующим, чем сегодняшний.

Впрочем, к полудню мне уже так не кажется.

Ночь напролёт я колдую над котелками и благодарю всех богов за то, что мне повезло с партией “бракованных”. Я варю, разливаю по баночкам, варю… В какой момент ко мне присоединяется Ольза, я пропускаю, лишь отмечаю, что подруга не подвела, пришла и взвалила на себя половину работы. Ночью же мальчишка, сын гончара, привозит дополнительную партию упаковок, и работа закипает с новой силой.

—  Мы не справимся, —  Ольза озвучивает мои мысли с поразительным равнодушием. Таким тоном сообщают, что за окном дождь и советуют взять зонтик. Устала?

—  Завтра же наймём, —  обещаю я.

Утром, помимо кадрового вопроса, приходится встречать мебельщиков. Грузчики, габаритами не уступающие шкафам, с приятной быстротой превращают пустой холл в выставочный зал. Ставить торговую стойку я категорически отказываюсь. Памятуя о вчерашнем, я уверилась, что прямые продажи —  табу. Да и в схему торговли по каталогу не вписываются. Стойку затаскивают в подвал на радость Арену, тотчас её окупировавшему.

К полудню я урываю полчаса тревожного дрёма, встаю под гудение телефона, с трудом удерживаюсь, чтобы не швырнуть проклятый будильник в стену, умываюсь бодрящей ледяной водой, крашусь сама и помогаю девочкам.

И ровно в полдень модный дом Иветья распахивает двери.

В зал мы предусмотрительно никого не пускаем, иначе давка будет хуже, чем в столичном метро в час пик. Открытие пройдёт на свежем воздухе, благо погода радует безоблачным небом и теплом.

Два прилавка специально установлены снаружи, и мы торжественно выставляем пробники косметики.