Дождался, когда противник ударит лапой, и только после этого прыгнул вперёд и пронзил грудь твари копьём. Ощущение было такое, будто я пытаюсь пробить резиновую шину с помощью тупой палки.

В последний момент я влил в копьё ещё больше эора, и лезвию всё-таки удалось пробиться внутрь груди гориллы. Противник взревел и отбросил меня в сторону. В этот момент я вспомнил о том, что совершенно забыл о Покрове.

Десятки чёрных клякс появились в воздухе, каждая возле морды одной из горилл. Это сразу же сказалось и на ходе боя за наш участок стены. Ослеплённые гориллы метались из стороны в сторону и махали лапами, лишь случайно попадая по защитникам.

Сбоку я увидел Эльтара и Ариэлл. Вечные работали в паре и убивали одну гориллу за другой, оставляя за собой цепь из тел противников. Я понял, что нужно не экономить, и влил в копьё половину от оставшегося эора. Древко в руке завибрировало, словно я положил ладонь на работающий двигатель автомобиля.

Недобитая мною горилла пришла в себя и бросилась вперёд, выставив когти в сторону моего лица.

— Не в этот раз, — оскалившись, сказал я и перечертил лапы твари лезвием.

Два синих обрубка упали на пол. Горилла несколько секунд смотрела на то, что осталось от её рук, словно не верила, что подобное возможно. Мой следующий удар обезглавил тварь. На стене оставалось ещё около десятка монстров. Мешкать было некогда.

Несколько минут и наш участок стены очистился от монстров. Снизу уже наседали другие. Грохот выстрелов винтовок и автоматических турелей не смолкал ни на секунду. Монстры несли ужасающие потери. Каждый миг умирали сотни, ещё больше теряли конечности или получали ранения.

Порадовало и то, что я, наконец, увидел просвет в рядах противника.

Море тварей, что колыхалось, визжало и рычало под стеной оказалось конечным. Оно заканчивалось в паре сотен метров от стены. Но и у защитников осталось заготовок. Власти Фрирана использовали всё, что успели приготовить к нападению.

Следующие полчаса мы только и занимались тем, что отбивали атаки монстров на стену. Из азартной, будоражащей кровь битвы, это превратилось в тяжёлую работу, когда каждый взмах копьём даётся тяжелее, чем предыдущий, когда не спасает уже никакая химия или состояния.

Я так и не запомнил момент, когда твари закончились. Я механически добил какую-то тварь, похожую на огромного варана и оглянулся в поиске следующей цели. А их уже не осталось. Я перегнулся через стену и посмотрел вниз.

Вал тел тварей доходил до половины стены. В воздухе витал запах крови. Мои доспехи оказались пробиты в десятке мест. Как оказалось, чем больше доспех получает повреждений, тем легче его пробить в следующий раз. И так пока он полностью не выйдет из строя и не свернётся в наручь на предплечье.