«Скорее всего, возненавидит окончательно, – усмехнувшись, подумал Великий Шаман. – Особенно, если узнает, что так можно установить проекцию своего “Я”, которое потом подавит его самосознание. Впрочем… каким нужно быть ублюдком, чтобы на самом деле провернуть нечто подобное со своим учеником?»

– А пока нужно бы заняться прощальным подарком… – пробормотал орк, остановившись на секунду. – Всё-таки эта последняя эльфийская девочка слишком строптивая, а парень и так уже наловчился переламывать через колено практически неконтролируемых духов. Последний шаг должен быть пусть и трудным, но не невозможным! Да и ученичку, когда его позовёт дорога, не помешает спутница, которая согреет постель и прикроет спину, если что…

* * *Турнир… да, наверное, услышав это слово, я всю оставшуюся жизнь буду испытывать стойкую аллергическую реакцию.

В первую очередь по той причине, что для меня, как для участника, сам процесс был уныл и скучен, по большому счёту сводясь к муторному ожиданию вызова на поединок. Да и происходило это в огромном чайном павильоне без окон, окружённом огромным количеством императорских гвардейцев, чрезвычайно нервно реагирующих на любой чих или другой громкий звук, доносящийся изнутри здания.

Именно там я, собственно, и проводил большую часть дня, в компании других претендентов, что было довольно уныло и при этом сильно выматывало. Тем более этот павильон назывался «Серебряным», что условно соответствовало «третьему сорту» и, следовательно, ожиданиям, которые возлагали организаторы на распределённых сюда участников турнира.

Фаворитов, по мнению хозяев, здесь не было – таковые, в большинстве своём, обитали в «Золотой» и «Нефритовой» чайных и с нашим контингентом пересекались исключительно на аренах.

Впрочем, за откровенное «мясо» Серебряных тоже не держали, просто собрали в одном месте всех тёмных лошадок, за которыми желателен особый присмотр. Вот они и следили.

Контингент же делился на тех, кто был холоден и отрешён, а также смотрел на всех окружающих как на пустое место, и, наоборот, подозрительно весёлых и общительных типов, которые регулярно стремились подсесть за чужой столик. О таких Ву Шу предупреждала особо и настоятельно рекомендовала отшивать их как можно быстрее.

А также ничего не пить и не есть, находясь в самом павильоне, дабы не принять на грудь ударную дозу какого-нибудь особо мерзкого яда."

"Большой Императорский Турнир в этом смысле показывал себя во всей нелицеприятной красе, являясь мероприятием крайне политизированным. В общем-то, что это ни в коем разе не спортивное мероприятие, у меня понимание уже сложилось, но вот то, что многие вопросы с будущими противниками могут решаться вне стен ристалища – оказалось для меня сюрпризом.