Правда, у ворот своего участка она оказалась намного раньше, где-то за полчаса до этого, но они со Стаховским настолько увлеклись друг другом, что никак не могли расстаться и все целовались распоследним прощальным поцелуем, как подростки с передозировкой сексуальности, прерывались и начинали заново «прощаться». Пока Ян не заметил, что Марьяна уже поеживается от холода. Снял ее со своих ног, поцеловал, на этот раз уж точно последним коротеньким поцелуйчиком в губы, и отпустил, помахав рукой, когда она обернулась и посмотрела на него, проскальзывая в калитку ворот.

Соблюдая конспирацию, Марьяна тихо-незаметно пробралась сначала в комнату Кирюшки, проверила спавшего беспробудным здоровым сном сыночка и поцеловала его в лобик. Потом прошмыгнула в свою комнату и, завалившись в кровать, мгновенно отрубилась и проспала практически до полудня. А когда проснулась, почувствовала такую негу и приятность во всем теле, которую не упомнит, когда и чувствовала-то последний раз. А может, никогда и не чувствовала вообще. С удовольствием сладко потянулась-потянулась, помурлыкала и отправилась в душ, напевая какой-то незамысловатый мотивчик, настолько сегодня утром ее жизнь удалась и была почти прекрасна.

Хотя бы в этот данный момент.

А спускаясь вниз, на первый этаж, Марианна невольно подслушала часть разговора, который вели мама с подругой. Даже остановилась на ступеньках лестницы, прислушавшись повнимательнее.

– Пусть поспит, – видимо отвечая на вопрос подруги про затянувшийся сон Марианны, делилась мама своими переживаниями. – Совсем она, Викуля, извелась, волнуюсь я за нее. Нервничает постоянно, Костя ей покоя не дает, все звонит и намекает так и эдак, что, мол, заберет Кирюшку.

Такое ощущение, что ему доставляет какое-то прямо садистическое удовлетворение держать Марьяшу в бесконечном напряжении.

– А может, и доставляет, – предположила теть Вика.

– Не пойму, что ему от нее надо-то, – недоумевала Елена Александровна.

– Как что? – удивилась ее недоумению Виктория Глебовна. – Подчинения. Признания того, что они с сыном принадлежат ему. Доминировать хочет.

– Да на кой ему это надо? – негодовала мама. – Матвей с Кирюшкой отца любят, уважают и признают авторитетом, и отношения у него с сыновьями хорошие, дружеские.

У него новая молодая жена, новая семья, зачем ему подчинение Марьяши? Он же не психически ненормальный человек.

– Нет, – пояснила теть Вика. – Но он очень богатый человек, Лена. А у таких людей совершенно иные понятия о жизни, иная психология и психика, далеко не всегда адекватная, с точки зрения нормального человека.

– Как от него отделаться? – вздохнув безнадежно, задала Елена Александровна риторический вопрос.