Да и лишней суеты много. Пока за отгулявшими уберут, столы заново накроют, посидят, покричат «горько». Кто оркестр нанимает, у тех еще и танцы. Причем в такие праздничные дни его заказать — та еще морока, у музыкантов время буквально по минутам расписано. Не успеешь как следует разгуляться, а уже распорядитель намекает, что пора и честь знать.

А мы сделали проще. Так как народу набралось очень много, то отказались от зарезервированного места в Золотой бухте.

Погода не подвела, было около десяти градусов тепла, солнечно и почти без ветра. Мы договорились с охраной порта, не забыв и их пригласить. Вот «Аглая» у причала, вот мы, вот столы прямо на просоленных досках рядом. И гостям привольно, и никто в затылок не дышит. Если замерз — можно по сходням подняться и внутри погреться, места на шхуне полным-полно и печка там раскочегарена. Хотя народ больше на улице старается общаться, к нам подходят, тосты произносят. Евген заранее предупредил, чтобы мы насчет оркестра не волновались. Со знакомыми договорился, привез шестерых бодрых старичков с разными инструментами. Эта веселая боевая компания на удивление ловко соорудила подобие сцены, приняла по стопочке для настроения и начала исполнять все, что заказывали. И быстрые танцы, и медленные. Мы с Аглаей несколько раз просили «белый танец» или как его тут называют. При этом музыканты ни разу не повторились с мелодией, я даже удивился. На звуки музыки подтянулись еще прохожие, после чего мне стало казаться, что у нас на празднике гуляет вообще весь город. Вроде даже другие новобрачные мелькнули, хотя утверждать не возьмусь, народу было очень много.

Ближе к вечеру, когда стали сгущаться сумерки, Петр Байкин поднялся на шхуну и оттуда закричал, пытаясь перекрыть гул голосов:

— Минуту внимания, пожалуйста! Минуту… Игнатий, потом очередную байку расскажешь!.. Так, спасибо… Ребята, выносите!..

Братья Рыбины выволокли из трюма большой ящик, затем крайне аккуратно спустились на пирс и водрузили его на скрипнувший стол. Отошли в сторону и заулыбались. Петр же продолжал вещать, не выпуская из рук огромную кружку, куда успел подлить грог. Его у нас разливала симпатичная крохотная негритянка, которая сама периодически прикладывалась для оценки качества, добавляла то специи, то вино. Сейчас она хохотала над шутками пристроившегося рядом Ивана. Моторист то ли имел свои виды на ночь, то ли просто решил упоить бедолагу от широты душевной.

— Муж и жена — одна сатана! Особенно, если муж с каждого похода по кораблю приводит! — подмигнул мне Байкин, я же лишь шутливо в ответ погрозил кулаком. — Поэтому мы решили сделать общий подарок. Чтобы могли при случае воспользоваться всем, что нужно.