– Точка располагалась слишком уж далеко от пункта назначения. – А вот здесь мы останемся без воды. – Вторая точка была еще дальше от финиша.

– А если ускориться? – спросил Пауэлл.

– Расстояние слишком большое, – ответил Дэнтон. – Я прикинул и так и этак – ничего не выйдет. Мы недотянули бы до конца пути, даже съев друг друга и выпив кровь.

– Хорошая новость, свинья ты циничная, – подал голос Аррильо из другого конца рубки.

– Тебе что-то не нравится? – спросил Дэнтон.

– Да, мне все не нравится. – Бортинженер оттолкнулся от стенки и в полной невесомости плавно подплыл к коллегам.

– Тогда сам предлагай выход, – парировал Дэнтон и взлетел ему навстречу.

– Эй, прекратите! – крикнул Пауэлл. – Отставить грызню, немедленно!

Бортинженер и штурман расцепились.

– Добраться бы сейчас до этого…"

"– Тихо! – одернул их Пауэлл, услышав шум из коридора. В рубку влетел Уокер, и капитан от души понадеялся, что паранорм не слышал перепалки.

– Милости просим, – сказал Пауэлл.

– Да-да, бери стул, присаживайся, – как можно дружелюбнее подхватил Дэнтон.

И штурман, и бортинженер сейчас с огромной радостью порвали бы Уокера на лоскуты, но инструкция предписывала им быть вежливыми и обходительными. Ребятам и так нелегко, а тут еще сюсюкайся с виновником такой переделки.

– Я хотел сказать… – начал было Уокер, но запнулся.

– Говори-говори, – подбодрил его Аррильо, явно не желая уступать в терпимости Дэнтону. – Не стесняйся, парень.

Голос его звучал вежливо, но в глазах застыл холод.

– Я хотел извиниться. Мне, правда, очень жаль, – сказал Уокер. – Я бы и не полетел с вами, да вот мистер Уэйверли настоял.

– Мы все понимаем, – заверил его Дэнтон, сжимая кулаки.

– Ничего страшного, – согласился Аррильо.

– Но вы меня ненавидите. – И Уокер вылетел в коридор.

Пауэлл набросился на подчиненных:

– Вы что, совсем себя в руках держать не умеете? Забыли третье правило: «Проявляйте сочувствие и понимание»?

– А я что, не проявлял? – огрызнулся Аррильо, и Дэнтон согласно кивнул.

– Проявлял он… Ты бы свою рожу со стороны видел!

– Виноват, капитан, – по форме извинился Аррильо. – Просто я не умею притворяться. Если мне человек не нравится, ничего с собой поделать не могу.

Тут он зыркнул на Дэнтона – а Дэнтон на него в ответ.

– Сколько раз я вам говорил: воспринимайте Уокера как машину, – напомнил Пауэлл. – Аррильо, ты ведь со своими движками чуть не целуешься!

– Так точно, – ответил бортинженер. – Но если я не в духе, то и обругать их могу, и ногой двинуть.

Да, в этом-то и недостаток работы с разумной машиной – на ней злобу не выместишь.

– Ладно, вы, двое, ведите себя тихо, – приказал капитан.

Аррильо оттолкнулся от пола и улетел в дальний конец рубки. Взяв колоду карт, начал раскладывать пасьянс.