Очень высокий, худощавый, неопределенного возраста. Не новый, но первоклассный твидовый костюм хорошо отутюжен. Галстук повязан изящно, с намеком на щегольство. На пальце – перстень с печаткой, но герб на ней неразборчив.

Мы пили чай, и светлые, похожие на бусинки глаза Маркони перебегали со скромного и честного лица Дейка на его жидкие каштановые волосы, на серые глаза в обрамлении редких ресниц, на жилистые, но не мозолистые руки. Профессор сосредоточенно вслушивался в легкую картавость Дейка.

Наконец Маркони заговорил. Должен признаться, это был впечатляющий спектакль. Потому что он начал с меня.

– Вас, – сказал он, – ждет время испытаний и тяжелой работы. Желаю вам удачи.

Потом он повернулся к Дейку."

"Он сказал, что Дейк – человек с образованием родом из Уэст-Кантри[8]. Что дела его обстоят не лучшим образом и что он подумывает сменить род деятельности. Маркони не отрывал взгляда от моего друга, но даже каменная стена сказала бы ему больше. Ни один нерв не дрогнул на лице Дейка, ни один мускул не шевельнулся.

Сделав из этого собственные выводы, Маркони добавил, что Дейк – человек железных нервов и недюжинной выдержки, стойкий к ударам судьбы и невзгодам. Будучи сильной, цельной личностью, он добьется успеха на поприще служения обществу и будет вознагражден за свои труды.

Дейк и бровью не повел.

Маркони закончил, мы поблагодарили его и вышли. Едва мы оказались на улице, Хелен спросила:

– Ну, что скажешь?

– Профессор ошибся в некоторых деталях, – заметил я. – Например, у мистера Дейка нет образования.

Дейк усмехнулся. Хелен выглядела очень удивленной.

– Кроме того, мистер Дейк не из Уэст-Кантри, – сказал я. – Где вы родились, мистер Дейк?

– В Манчестере.

– А где прожили большую часть жизни?

– В Лондоне.

– Но ваш акцент… – начала Хелен.

– Немного картавости в моей профессии не помешает, – ответил ей Дейк.

– Я наткнулся на мистера Дейка в Ист-Энде[9], – сказал я Хелен. – В Уайтчепеле, если быть точным. Он спал у входа в какое-то здание.

Хелен нахмурилась, но ничего не сказала.

– Так и есть, я бездомный, – подтвердил Дейк, улыбаясь широкой и глупой улыбкой. Вся сдержанность, которую он напустил на себя по моей просьбе, вмиг улетучилась. – Бродяга, довольный жизнью.

– О! – наконец вымолвила Хелен. – Отвратительно! Это нечестно!

– Все вполне справедливо, – возразил я. – Профессор Маркони читает судьбы людей – ты помнишь? – не по внешности!

Я извлек из бумажника пару купюр:

– Мистер Дейк, благодарю вас. Костюм можете оставить себе. Туфли тоже. Скажите, а что вы сделаете с деньгами?

– А что с ними делать? Напьюсь до поросячьего визга.

Он повернулся и весело зашагал прочь.

Домой мы с Хелен возвращались молча.

Итак, моя идея сработала.