Он внимательно изучал мой чрезмерный энтузиазм и, как будто, ни на йоту не верил в него, сколько я не старалась выказать обычную студенческую прыть.

— Маша, вы серьезно?

— Разве есть сомнения? Очень любопытное и резонансное дело.

— И опасное. Не заметила?

Я потупилась, стараясь не растерять задора. Уж мне-то, как никому известно, о реальной угрозе. Но я не собираюсь отступать. Несу какую-то чушь про инициативу и желание помочь. Для затравки выдаю собранную информацию о Феоктистове, стараясь показать что готовилась.

— Мне бы хотелось взлететь на волне популярности подобного громкого дела.

Вдруг получится засветиться, — добавила в конце, — и меня заметят соответствующие издательства, захотят пригласить к себе на практику, например, или внештатным. Поверьте, я могу быть полезна. Вы же сами верите в невиновность Туманова?

Нда… тяжело с проницательными людьми работать, особенно если врешь на ходу.

— Я-то верю, но, боюсь, этого мало. Нужно еще несколько таких же правдолюбов, как я.

— Уже есть! Сегодня утром появилось несколько статей по теме. Я же говорю, что на волне популярности и меня заметят.

Я согласна даже просто на участие в журналистском расследовании… и упоминании моего имени… — на самом деле, последнего хочется меньше всего. Но тогда как объяснить свой активный интерес?

Он потер лицо. Явно растерян и не знает, стоит ли нас втягивать. Но при этом хочет, чтоб ученица не потеряла азарта.

— Понимаю твоё желание выделиться, ухватиться за резонансное дело, но разрешу участвовать только под псевдонимом.

Ура!

— Согласна. Ничего страшного. Я и дальше под ним планировала развивать карьеру.

Денис Олегович, наконец-то, улыбнулся, но тревога из взгляда не ушла.

— Отлично. Даю тебе два дня выяснить нечто интересное хоть об одном фигуранте. Знаю, ты вхожа в высшие круги. Познакомься с Феоктистовым, что ли, или, как вариант, попробуй договориться об интервью, вдруг прокатит. Может, на твой внешний вид клюнет. Только осторожно, не дави. И сваливай, если начнет клеиться.

У меня уже есть нечто интересное, поэтому даже не буду пытаться. Этот Феоктистов неприятный тип. Я просто выдам инфу о Медведе.

А вот Лиза, моя авантюрная подруга, попыталась заняться Феоктистовым, не смотря на мои просьбы не лезть.

В итоге едва отбилась от мерзких домогательств.

— Если б не его сын, появившийся как раз вовремя, убила бы гада какой-нибудь вазой, — шипела она, сверкая зелеными глазищами. — Вот кто должен сидеть в тюрьме, а не твой Туманчик. Как такой урод породил столь интересного человека, как Александр?

И она снова принялась с блестящим взором рассказывать о голубоглазом красавчике. Похоже, не меня одну влюбленность настигла с первого взгляда.