К завтрашнему дню Сакарам раздобудет палатки, и у него появится собственная крыша над головой, а пока… Что бы он только ни отдал за тюфяк в тихом безопасном домике, где его не будила бы болтовня слуг и где не пришлось бы бодрствовать, опасаясь хищников! Разве справедливо, что, сделав все возможное, чтобы все пассажиры поезда, как индийцы, так и европейцы, получили убежище в ближайших городках, деревнях и плантациях, сам он будет вынужден ночевать под открытым небом?

Добравшись до второго домика, Алекс решил рискнуть. Это был типичный дом из тех, что европейцы выстроили по всей Индии: квадратный в плане, с толстыми стенами из саманного кирпича, с маленькими узкими окошками со ставнями и черепичной крышей.

Пол наверняка был земляной, покрытый соломенными или бамбуковыми циновками; Алекс ожидал увидеть анфиладу комнат, вентиляторы-пунках и полотно, натянутое под потолком, чтобы на обитателей не падали сверху змеи, ящерицы, крысы и насекомые.

Перед домом оказалась широкая веранда, увитая ползучими растениями. Из приоткрытой входной двери наружу проникал свет. Алекс надеялся, что бодрствует Тулси, а не мисс Уайтфилд.

Айя не стала бы для него препятствием: он бы просто приказал ей лечь спать, после чего вошел в дом и расположился бы в передней.

Сакарам показал на еще одно сооружение, озаренное светом костра, – навес, окруженный с трех сторон стенами, под который уже забрались несколько паттах-валлах.

– Видите то стойло, Сикандер? Хотите, я устрою вам постель там? У саиба должно быть отдельное помещение для ночлега. Я велю остальным заночевать в другом месте.

– Нет, в такой близости от джунглей они тоже не смогут спать на земле, а стойло мало чем отличается от палатки.

Только проследите, чтобы всю ночь не затухал костер.

– А где же заночуете вы, Сикандер? Мэм-саиб заняли оба дома, так что места не осталось.

– Обо мне не беспокойся, Сакарам. Со мной все будет хорошо.

В свете факела, который нес Сакарам, его смуглое лицо выразило огорчение и тревогу.

– Но, Сикандер…

– Я же сказал: не беспокойся! И не задавай вопросов. В любом случае я не потревожу ни одну из мэм-саиб.

– Как вам будет угодно.

– Мне угодно так. Спокойной ночи, Сакарам.

Желаю выспаться. Завтра нас ждет еще один долгий трудный день.

Слуга проводил Алекса недовольным взглядом. Кингстон преодолел три ступеньки и оказался на веранде. Поставив на пол холщовую сумку мисс Уайтфилд, он открыл входную дверь и просунул голову внутрь. Как и во всех домах Индии, здесь было тесно от индийских, кашмирских и бирманских столиков, табуретов и ширм; тут же вяли папоротники в кадках и висел неподвижно вентилятор-пунках, только не матерчатый, а из полированного дерева.