Сэм увидела, как ее волокут по полу за волосы. Чья-то рука трясет ее голову, словно тряпичную куклу. Она видела, как кто-то швыряет Клэр о стену, видела испуганное выражение ее глаз, видела, как серп врезается в стену и выпадает из ее руки. Ричард. Это Ричард, обезумев от ярости, тряс ее, молотил головой о стену, до тех пор пока Клэр не осела на пол, точно мешок. Ричард повернулся к Сэм:

– Таракашка?

Сэм, спотыкаясь, двинулась вперед, голова ее кружилась. Ричард превратился в расплывчатое пятно. Она упала прямо ему на руки.

– Таракашка?

Наступило молчание.

– Таракашка? С тобой все в порядке?

Кровь заливала ее лицо, стекала вниз, пропитывала одежду…

– Таракашка?

Загорелся свет. Ослепительный, белый больничный свет, незнакомый доктор пристально смотрел ей в лицо, за его спиной она заметила на стене картину с обнаженной женщиной и тогда сообразила, что никакой это не доктор, а Ричард.

– С тобой все хорошо, таракашка, все в порядке. С тобой все хорошо.

Она провела рукой по лицу, внимательно посмотрела на свои пальцы. Вода. Пот… это был всего лишь пот. Она пристально, в изумлении глядя на руки, медленно пересчитала пальцы… все на месте… и ни единой царапины.

– Что, еще один? – спросил Ричард. – Еще один ночной кошмар?

Сэм покачала головой:

– Нет. Это было другое. Другое.

Он наклонился и поцеловал ее в лоб.

Она почувствовала, что задыхается, и стала жадно глотать воздух. Потом легла, прислушиваясь к звукам собственного сердца, которое тяжело колотилось в груди.

– На этот раз все было по-другому. Замечательно было. Просто обычный сон, – сказала она так громко и отчетливо, как будто ей хотелось, чтобы это услышал весь мир, и если она скажет это громко и достаточно решительно, то и сама, возможно, поверит в это.

Сэм на мгновение закрыла глаза и вновь увидела всю картину: Клэр бьют головой о стену, глаза ее стекленеют и она сползает на пол. Сэм снова посмотрела на Ричарда и улыбнулась.

– Это был просто сон."